Он бесцельно слонялся по своему жилищу - просто так, потому что просто требовалось движение. И очнулся только у стены, скрывающей вход в тайную комнату. Да. ведь кое-что ему досталось в память от двойника! Неужели открылся секрет витражей-окон?!! Поразительно то, что за непрозрачными стеклянными картинами как будто есть свет! Сначала он думал, что это искусственная подсветка - для красоты, это в самом деле делало картины как будто живыми и создавало впечатление окон. Но кое-что до сих пор как-то проходило мимо внимания: свет за витражами менялся! Иногда то одно, то другое окно темнело, как будто терялась подсветка, и тени перемещались по полу, как будто источник света за витражом смещался! Лён точно знал, что это не свет солнца и потому не задумывался над этим.

Войдя в комнату, он окинул взглядом портреты. Ему сразу бросилась в глаза алая фигура Финиста, как будто источающая яркий свет - настолько насыщенным было красное стекло, которым выложены доспехи огненного рыцаря. Как у живого полыхали его пламенные волосы, и так же ярки вишнёвые глаза, в упор глядящие на Лёна. В глазах то же напряжённое, зовущее выражение, с каким Финист говорил к нему в последний раз - когда время неумолимо разлучало их. Князь завещал забрать сокровища, которые собрал он за всю свою жизнь. Ты найдёшь их, когда пройдёшь через меня, сказал он. И что это значило, Лён тогда не понял. А вот его двойник, Лино Линарри понял - он нашёл все клады, оставленные предками.

Двигаясь через комнату и обходя стоящую в центре вазу, Лён наблюдал за лицом Финиста - тот смотрел своими вишнёвыми глазами в самые зрачки Лёна с любой точки, как будто перемещал взгляд. Казалось, губы его чуть шевелятся, что-то беззвучно говоря, и так же как будто ветер развевает алые пряди его волос.

Зачарованный зрелищем, которое казалось игрой воображения, Лён подошёл вплотную к портрету и смотрел на него снизу вверх. Теперь взгляд князя был направлен вниз - к стоящему у подножия портрета человеку. Глаза его притягивали, и Лён приблизился к плоскости витража, чтобы заглянуть сквозь светлый кусок стекла: что там, за окном? Но глубокая ниша не дала приблизиться, и Лён поднялся на плоскость подоконника. Теперь он был с князем лицо в лицо и всматривался в эти незабываемые черты.

Вишнёвые глаза широко раскрыты, губы, казалось, чуть улыбаются. Как будто ощущает Лён горячий ветер, который колышет волосы князя и превращает в красный прах пустынный пейзаж за его спиной. Это огненный мир, испепелённый мрачным красным солнцем, и чёрные тени лежат в глубоких разломах земли. Но мало можно рассмотреть за плечами князя - он занимает собой весь проём арочного окна, а остальное занимает красный дракон, лежащий за ним. Но вот зрачки князя! Два глубоких непроницаемых кружочка, в которых ранее всегда таилась чернота - сейчас, когда они напротив глаз Лёна, вдруг стали как будто двумя оконцами, в которые просочился свет!

Изумлённый, он приник к зрачкам Финиста, силясь разглядеть то, что скрыто за окном, и в этот миг что-то изменилось вокруг. Отпрянув от портрета, Лён огляделся и сразу понял, что куда-то перенёсся. Это не его комната в дивоярском жилище. Вместо витража перед ним высокое арочное окно - тех же пропорций, что и в дивоярской комнате, но за окном незнакомый пейзаж. Та местность, что скрывалась за спиной Финиста, выжженный красным солнцем мир. Открытая равнина, утопающая в мрачном багровом свете, и тёмно-синее небо над ней, прочерченное широкими хвостами комет.

Стремительно обернувшись вокруг себя, дивоярец разглядел тёмные, мрачные своды помещения - размерами такое же, как его тайная комната, с четырьмя окнами и дверным проёмом-аркой. Сложенные из крупных блоков стены, шатровый потолок, простые плиты пола - всё без малейшего украшения, суровое и строгое. В окнах нет стёкол, но что-то препятствовало проникновению жара извне: шестым чувством Лён ощущал, что высунь он сейчас руку наружу, её вмиг испепелит без защиты.