Румистэль уже хотел вступить на дорогу, зовущую его к волшебству, как вдруг остановился, замер, поднял руку, прося тишины. Потом вгляделся в подлесок и требовательно проговорил, протягивая руку:

- Выходи!

Под бледный свет луны вышел из укрытия человек. Он ошеломлённо озирался, как будто только что проснулся или, наоборот, внезапно провалился в сон.

- Ты? - удивился Румистэль, разглядев его лицо, - Откуда ты здесь, Юги?

Молодой человек, в котором легко было узнать Джакаджу, глянул на необычный облик Румистэля и не нашёлся что сказать. В самом деле, тот, кто был только что на огромном дубе, выглядит теперь несколько иначе. Изменились его волосы: стали серебряно-белыми. Его высокая фигура окутана бледным сиянием, под которым заметна странная одежда, как будто сшитая из света звёзд. Лицо Румистэля утратило загар странствий и приобрело лилейный цвет, что делает его глаза ещё более загадочными и странными: в них как будто сгустилась грозовая мощь.

- Как ты попал сюда, Джакаджа? - спрашивает Румистэль.

- Н-не знаю, - растерянно обронил тот.

- Постой, дай подумать, - наморщил лоб эльфийский рыцарь, - Ах да, как же я забыл. Ты держал два стаканчика в руке - наши чаши весеннего полёта соприкоснулись. О, выходит, и Лиланда отправилась в полёт не одна, а с Фазиско! Ну да, будем надеяться, что этот пройдоха не натворит ничего такого, за что мне стоило бы его обратить в камень.

- Я видел: ты заклинал грозу! - изумлённо воскликнул Юги.

- Да, мне не хочется пробираться к дому сквозь ливень, - отозвался Румистэль, возобновляя путь и проходя под арку леса.

На другом конце прохода светился назревающим утренним светом выход. Бледный туман скрывал очертания того, что таилось там.

- Что мне делать с тобой, Юги? - нетерпеливо спрашивает Румистэль, досадую на задержку.

Но кто виноват в том, что он не один оказался в этом древнем волшебном лесу? Юноша, мечтающий о волшебной вальпургиевой ночи и ждущий наслаждений, оказался не в своём месте.

- Знаешь, - на губах Румистэля появилась лёгкая улыбка, - ты можешь прекрасно провести сегодняшнюю ночь в этом месте. Сегодня тебе ничто не грозит - в иное время тебя бы растерзали. Но нынче священный мир, и ты можешь ничего не опасаться - нынче ты здесь гость, и моё слово тебе охрана. Сегодня все лесные, речные, воздушные, подземные, каменные, древесные и прочие духи празднуют весну, и ты можешь быть участником в их веселье. Никто не посмеет тебя обидеть. Дриады, лесовицы, синюхи, русалки, вербницы, ивухи, болотницы, змеёвки, огнёвки, полевицы - смело пускайся с любой в ночной полёт, не пожалеешь! Ты можешь славно повеселиться с гномами и пить их сладкое вино. Тебе покажут подземные сокровищницы и, если понравишься им, могут наградить дарами. Можешь посетить очарованные земли, и они одарят тебя приключениями как раз по твоему желанию. Не беспокойся ни о чем: когда придёт время возвращаться: духи весеннего полёта сами вынесут тебя обратно.

Сказав такие слова, он пронзительно свистнул, и из леса выбежала толпа весёлых девушек, со смехом ухватила Джакаджу за руки и утащила в чащу, а Румистэль продолжил путь, чуть улыбаясь.

Неспешным шагом он миновал лесной коридор, украшенный живыми светильниками, в котором бесшумно порхали тысячи чёрных бархатных бабочек и вспыхивали в траве крохотные звёздочки цветов. Вот вышел на открытое пространство и остановился, очарованный чудной картиной весеннего цветения вишнёво-яблочных садов, сирени, черёмухи, жимолости, бузины, шиповника, боярышника, рябины. Как будто безмолвное кипение происходило в ярком лунном свете, под шаловливою рукой ночного ветерка. Призрачное сияние наполняло воздух, и шёпот ветвей - как песня лунных духов. А за пенными волнами, источающими страстный аромат, плывёт, как корабль среди моря, высокий замок, из окон которого, как флаги, реют занавеси.

Он подошёл к дверям волшебного жилища и тронул колокольчик на крыльце.