Изменить размер шрифта - +
Так почему же, когда у него возникает мысль о ней, то отчетливо возникает ассоциация с опавшими, сухими листьями? Что с ней? Куда она девалась за эти несколько сотен лет? Разве эльфы не бессмертны? Выходит, Румистэль бессмертен, но бессмертен ли Лён? Едва ли. Где его девочки? Что с ними? Ушли вместе с матерью в таинственную, закрытую от людей страну, куда дорога людям закрыта?

Он закрыл глаза, пытаясь вспомнить маленькие личики своих дочерей и их имена: Сивион-лиль и Вивиан-лиль, сердце моё и радость моя. Что может он узнать об их судьбе?

Мысли перескочили далее на сына Брунгильды - Фазиско. Никогда он не слышал, что у валькирии был ещё один сын, кроме Зигфрида, который, как он знал, был смертным и покоился на утесе возле Рейна. Имя этого героя древности было всем известно, он был эпической личностью. Но Фазиско - кто он и откуда? Почему Лембистор назвался его именем? Желал сбить с толку своего врага? Ему это удалось.

Осенённый внезапной мыслью, Лён отправился в библиотеку. И там, не надеясь на успех, он назвал поисковику это имя. К его удивлению, устройство не отказало и выдало справку, а также указание материалов по этому вопросу. Фазиско Ручеро - сын дивоярской волшебницы Брунгильды. Он отыскал литературу, названную поисковиком, и это оказался список ранговых повышений. На искомой странице содержались краткие сведения о последствиях пропажи Фазиско. Вот причина того, почему Брунгильда, самая близкая помощница тогдашнего архимага Корса Филфхариана, которую прочили на его место, оказалась в ряду членов совета, а кресло архимага занял Вольт Громур. Пропажа "Гениус Алама", вину за которую возложили на сына валькирии, который так и не нашёлся. И вспомнились Лёну слова, те непонятные слова, которые сказал ему Магирус в тот день, когда решился Лён отправиться на поиски пропавшего Пафа. Что-то о сыне одной дивоярской волшебницы, которого сманила одна особа да так, что он пропал.

 

Память отдавала то, что столько лет лежало в ней невостребованным грузом. Слова звучали так, словно сказаны только что и только ждали своего часа, чтобы быть понятыми.

 

"Однажды много-много лет назад случилось вот что. Жил некий человек. Его мать была волшебницей. А сам он - нет. Ты знаешь, о ком я говорю".

Боже мой, о ком ты говорил, Гонда? Я ничего не понял! Просто сидел рядом и слушал, а сам думал о своем! А ты говорил ко мне, как будто знал, что однажды твои слова достигнут меня! Откуда тебе известна эта тайна времени, Магирус?!

 

"И встретил он свою любовь. Он полюбил колдунью. Магия бывает разной".

 

Это о Фазиско и Лиланде?! Что было между ними?! Это же только краткий сон, наваждение ночного полёта!

 

"Источников силы только два: Дивояр и лимб. Селембрис - создание Дивояра. Изнанка любого мира - лимб. Они неразделимы, как две стороны одной монеты. Тот, кто живёт при свете солнца, не ищет тьмы, он всё имеет. Порожденье тьмы тоскует по живому, он лишён всего. Тот, кто соблазнится тьмой, несёт несчастье. Так было с той колдуньей".

 

Это о Наташе?! Она-то порождение тьмы?! О, Дивояр, чёрные страницы! Гонда, Гонда, что же ты молчал?!

 

"Ей было мало силы, она хотела больше. Для совершенствования нет пределов, но есть запреты".

 

Это точно о ней - её алчная манера!

 

"Мать юноши была против такого союза и предприняла попытку разделить влюблённых. Но вечно ведь не будешь его прятать. Колдунья пошла на дерзкий шаг. Неведомо как она сумела выкрасть одну книгу. Ты знаешь, о чём мы говорим".

 

Нет, Гонда, нет, не знал я! Я думал, речь шла о чем-то далёком и слушал историю, как сказку! Так знали вы или не знали, что Лиланда и Наташа - один и тот же человек? Что Лён и Румистэль - двойники? Значит, история не оканчивалась одной ночью, было ещё что-то, о чем Лён не знает, и Наташа не сказала? Они встречались раньше, ещё прежде его исчезновения? Но кто ещё мог выкрасть книгу? Наташа сама созналась в этом.

Быстрый переход