|
Сорвал один, нажал — послышался хлопок. — Вот, это хлопушка… Хорошо пахнет, правда? — Светка кивнула. — Они скоро закроются, это ночное растение… Из молодых росточков можно салат делать. А это… — он присел, несколькими движениями ножа высвободил и очистил корешок. — На. Это вместо мыла. Конечно, лучше его посушить, но и так сойдёт.
— Это мыло? — не поверила Светка.
— Вместо мыла, — повторил Рат.
— Может, ты и зубную пасту найдёшь?
— Уже нашёл, — Рат растёр уголёк и при помощи пальца начал чистить зубы: — Фот и пафта.
Светка молча подняла глаза и пошла к реке — туда, где стиралась…
…Завтракали в молчании. Про примеру Рата все почистили зубы углём — просто ради интереса, но он спокойно сказал:
— Это будем делать каждое утро.
— В обязательном порядке? — спросил Егор сердито. Рат кивнул:
— В обязательном… Ты ведь читал Джека Лондона? Помнишь «В далёком краю»? Катферт и Уэзерби начали с того, что перестали умываться. А кончили тем, что убили друг друга.
Около костра стало тихо. Светка, последний раз читавшая художественную книгу в третьем классе, спросила:
— Правда, что ли?
Рат не успел ответить. Егор вдруг отложил кость с остатками мяса и медленно поинтересовался:
— А кто тебя тут назначил главным? Ты проводник. И всё.
— Главный — ты? — уточнил Рат. — Нет уж.
— Вот как… — Егор встал. Рат, подняв на него взгляд, сказал:
— Артель такова — десять рук, одна голова. А пять голов стало — артель пропала.
— Можешь засунуть свою народную мудрость… — Егор сузил глаза. Рат предложил:
— Достань свой крутейший мобильник и позвони девять-один-один. Если откликнутся — я снова превращаюсь в проводника. До тех пор — я здесь главный. Просто потому, что я умею больше. И ещё потому, что кроме одного надутого индюка тут есть ещё парень и две девчонки, которых я обязан доставить домой. Это я к тому, чтоб с самого начала расставить акценты.
Тогда Егор прыгнул на него — молча и свирепо.
Рат не ожидал этого. Он сидел, скрестив ноги, и Егор опрокинул его на спину, а сам навалился сверху… но в следующий момент полетел в сторону и скорчился, а Рат встал, качая головой:
— Дурак…
— Что ты с ним сделал?! — вскрикнула Светка. Рат повёл плечом:
— Да ничего… Коленкой приласкал.
Егор с трудом присел на корточки, покачался. И вдруг улыбнулся:
— Больно, между прочим.
— Зато полезно, — подал голос Сашка, всё это время остававшийся философски невозмутимым. — Собираемся?..
…Сашке казалось, что уж тайга-то прямо должна кишеть жизнью. Но, похоже, тут зверья было ещё меньше, чем в лесах центральной полосы. Вчерашний вечерний разговор заставил его держаться настороже — тем более, что она знал о манере зверей нападать сзади. Но отряд шёл уже несколько часов, а урман не подавал признаков жизни.
Путь вёл всё время вверх — не очень заметно, но ощутимо. Ксанка на ходу что-то плела из срезанных прутьев, и Егор вдруг окликнул её:
— А что это будет?
— Крошни, — охотно ответила она. — А то что ж — найдём что, так в руках нести?
— Сумка, что ли? — уточнил Егор.
— Ну… вроде рюкзака.
— Что в него класть-то?
— Да мало ли… А вот. |