Как бы велико ни было удивление Фанни, она была слишком хорошо воспитана, чтобы показать иные чувства, чем милую вежливость. Она поклонилась и протянула руку, которую миссис Флор, с некоторым трудом поднявшись на ноги, сердечно пожала, говоря, что это большая честь для нее.

— Вы, если вдруг окажетесь на площади Бофор, где я живу, всегда найдете радушный прием в моем доме. Впрочем, никто не обидится, если вы там так и не появитесь…

— Благодарю вас, нам бы очень хотелось навестить вас! — ответила Серена.

— Это так мило! — пробормотала Фанни.

Лицо миссис Флор засияло.

— Пошлите своего лакея шепнуть мне, когда вы собираетесь явиться с визитом, и если так случится, что у меня в этот момент будут гости, так я их без всяких церемоний выставлю за порог. Во-первых, вам сейчас не полагается появляться в обществе, а во-вторых, мои друзья не совсем в вашем стиле, они еще хуже меня самой, и единственная разница в том, что я не буду кричать вам приветствие через всю улицу и перемывать косточки со всем городом, а один-два человека из тех, кого я принимаю, на это вполне способны.

Проговорив эти успокаивающие слова, миссис Флор еще раз пожала им руки, благословила Серену и, переваливаясь, поплыла прочь.

— Серена! — проговорила Фанни. — Что за нелепое создание!

— Да, но совершенно очаровательное, уверяю тебя!

— Но, Серена, она же кошмарно вульгарна! Неужели ты и в самом деле хочешь навестить ее?

— Конечно, я собираюсь это сделать, и буду плохо думать о тебе, если ты не пойдешь со мной.

— Но, дорогая моя, неужели… неужели твой отец разрешил бы тебе это? — осмелилась поинтересоваться Фанни.

Ее слова заставили Серену улыбнуться.

— Дорогая моя Фанни, ты отлично знаешь, что отец никогда не вмешивался в мои дела и никогда не считал себя слишком важной персоной.

— О, нет-нет, что ты, я совсем не то имела в виду. Просто я чувствую, что все скажут, что мне не следует позволять тебе знакомиться с такими вульгарными людьми. И особенно меня будет осуждать твоя тетя Тереза. Хотя как мне запретить делать то, что тебе заблагорассудится, я ума не приложу! — в отчаянии сказала Фанни.

Глава VII

Визит был нанесен, и оказанный прием был таким радушным и теплым, что даже Фанни была вынуждена признать, что вульгарная на вид миссис Флор обладает отличным чувством юмора и ведет себя лучше некоторых именитых особ. Она отклонила вежливое приглашение навестить их в ответ, заявив с потрясающей проницательностью, что одно дело, когда миледи приходят на площадь Бофор, когда захотят, и совсем другое, если им придется принимать ее в Лаура-плейс, ведь их друзья и знакомые будут спрашивать себя, с кем это они связались.

Поскольку она угадала мысли Фанни в этот момент, та тут же густо покраснела и попыталась неловко оправдаться, отчего хозяйка ласково сказала, что нет никакой причины так краснеть, потому что факты — это факты, и их не обойдешь.

— А что же касается портшезов, так говорю вам, что я ими никогда не пользуюсь — мне все кажется, что эти бедолаги-носильщики не смогут донести меня, или я, чего доброго, провалюсь между ручек да там и застряну намертво — вот было бы весьма забавное зрелище, — добавила она, улыбаясь лукаво.

Серена рассмеялась.

— Очень хорошо, мэм, если вам так угодно! Но прошу вас, поверьте, мы были бы очень рады видеть вас у себя в Лаура-плейс!

Эти слова вызвали красноречивый взгляд одобрения со стороны еще одного гостя, молодого человека вполне приличного вида, лет тридцати, который уже сидел в гостиной миссис Флор, когда слуга доложил об их приходе.