— Да, я посмотрю, — буркнул он недоброжелательно.

Эмилия в отчаянии оглядывала переполненную людьми автобусную станцию в Арле. Ее чемодан только что был здесь, и вот он уже исчез.

— Извините, мадам, месье, — молила она, — кто-нибудь видел мой чемодан? Я только отвернулась, чтобы заплатить за билет, и его уже нет.

В ответ люди пожимали плечами и отводили глаза. Никто не хотел ничего знать о пропавшем чемодане, у всех были свои проблемы. «Черт возьми!» — подумала Эмилия. Единственное, что у нее оставалось сейчас, — то, что было на ней: пыльное платье и пара сандалий. Но она все еще крепко сжимала сумочку с подарками для Пич, и, слава Богу, кошелек с бумагами и документы были тоже там. Не все еще потеряно. В кафе на станции она подкрепилась чашкой скверного кофе, черствой булочкой с изюмом и предусмотрительно купленными заранее яблоками и свежими фигами.

К ее удивлению, старенький автобус пришел вовремя, и Эмилия выдержала настоящую битву, чтобы сесть в него. Она быстро усвоила, что тем, кто не церемонится, удается пробиться всюду, и хорошие манеры могут только помешать ей добраться до Пич. Вдавленная в сиденье рядом с молодым человеком с испачканным лицом, Эмилия едва дышала. Острый запах чеснока смешивался с запахом лука и застарелого пота, и в удушающей жаре это было невыносимо. Она безуспешно пыталась открыть окно, покрытое слоем пыли, а затем села, со вздохом откинувшись на спинку сиденья. Старенький автобус, дребезжа, медленно тянулся по Экс-ан-Прованс по маршруту вдоль южного побережья Франции.

21

Большой грузовик, крытый зеленым брезентом с надписью «Шампанское Эперно», подъехал и остановился на заднем дворе отеля. Уолкер Крюгер озабоченно подошел к машине. Он слышал об облаве на борцов Сопротивления в Эперно. Это была третья поставка шампанского за последнее время, и если его подозрения были верны, грузовики использовались не только для перевозки шампанского.

— Вашу накладную, — гаркнул Крюгер, протягивая руку, Тучный француз безмятежно посмотрел на него, вынимая пачку сигарет из верхнего кармана голубого комбинезона. Предложив сигарету своему напарнику, он зажег их от одной спички.

— Вашу накладную! — потребовал Крюгер.

— Жак, у тебя есть накладная? — равнодушно спросил толстяк.

— У меня? Нет. Я думал, ты взял, — ответил другой, кашляя.

Крюгер смотрел на них, совершенно разъяренный. Они были высокие, широкоплечие, с мощной грудью, привыкшие носить тяжелые ящики с шампанским, и им удалось заставить его почувствовать себя маленьким и незначительным.

— Если вы водите машину, доставляющую шампанское, у вас должна быть накладная! — кричал он. — Достаньте ее немедленно, или я арестую вас обоих.

— Арестуете? За то, что нет накладной? — рассмеялся второй. — Это что-то новенькое. Пойдем, Жак, — сказал он, не обращая внимания на Крюгера. — Нужно поужинать, перед тем как разгружаться, дорога была неблизкой.

Крюгер зло посмотрел им вслед. Они знали, что он может арестовать их, и им было все равно! Или они пытались сбить его со следа. Что-то должно произойти сегодня ночью, он был уверен в этом. Ясно, что многим соратникам де Вога удалось бежать. Было бы неплохой мыслью тайно переправлять их на грузовике с шампанским. Или даже еще более хитро — выдавать их за водителей. Крюгер никогда раньше не видел этих двоих. Все, что он знал, это то, что они могли быть сбежавшими участниками Сопротивления, — держались с уверенной небрежностью и даже каким-то лоском, слишком странным для водителей грузовиков. Ладно, он покажет им, у кого власть. Через 15 минут шесть мощных мотоциклов и зловещая черная машина гестапо с проволочной решеткой на окнах остановились перед отелем.