— Я не маленькая!

— Ты принцесса и в первую очередь должна думать об этом. Одна ты никуда не поедешь. И не сбежишь — на этот раз не выйдет, я лично прослежу, чтобы на словах и на деле ты находилась в одном и том же месте и, главное, под присмотром.

— Дядя, но Визар умрет до того, как мы приедем!

— Возьми с собой хотя бы барона Остекзана.

— Он будет мне обузой. Ну, дядя, ну, пожалуйста! — Стелла умоляюще посмотрела ему в глаза.

— Хорошо, — наконец сдался король, — поезжай без свиты, но всё равно возьми двух гвардейцев из моей охраны. Не спорь, а то я вообще передумаю! Постарайся не привлекать к себе внимания и никуда не сбеги по дороге.

Ей пришлось смириться с поставленными условиями.

Когда принцесса увидела убогую хижину, в которой доживал последние дни Визар, она поначалу не поверила, что здесь можно жить. Полуземлянка — полушалаш на дальнем конце поля — и миль на десять вокруг ни одной живой души.

Визар лежал на низком ложе из овечьих шкур. Выглядел он совсем плохо — болезненный, покрытый испариной старик, совсем седой, без бороды и усов. Глаза его были закрыты.

— Лишь бы не умер! — мелькнуло в голове у принцессы, когда она вошла в это тёмное, пропахшее кислятиной место и увидела больного.

Возле Визара сидела девочка. На коленях у неё стояла глиняная миска с водой. Она обмакивала в ней тряпку и смачивала лоб больного.

— Эй, скажи ему, что к нему приехало Её королевское высочество лиэнская принцесса! — крикнул ей один из сопровождавших принцессу гвардейцев.

— Пришла принцесса, — склонившись над Визаром, машинально повторила девочка.

— Голос, — чуть слышно прошептал Визар, еле шевеля пересохшими губами. — Её голос… Пусть она заговорит!

— Меня послал к Вам Мериад, — подойдя ближе, громко сказала Стелла. — Если потребуется, я могу поклясться в этом Амандином, его супругой Изабеллой, Алурой — кем захотите.

— Верю, — так же тихо ответил Визар.

Оп чуть заметно мотнул головой, и девочка, очевидно, научившаяся понимать его без слов, сказала:

— Он просит всех, кроме Её высочества, уйти.

Гвардейцы недовольно удалились. Вслед за ними ушла и девочка, оставив миску с водой на чурбане, заменявшем стол.

Принцесса осторожно присела на край постели.

— Визар, я принцесса Стелла. — Она наклонилась к самому уху старика, чтобы тот её лучше слышал. — Как я уже говорила, меня прислал Мериад. Прошу, скажите, где сейчас его перстень, он сказал, что Вы один знаете…

— Я столько лет ждал, что кто-нибудь придет, вспомнит обо мне… — В его тихом голосе слышались тоска и укор. — Я верил, что обо мне вспомнят, не бросят меня… Но поверженные герои никому не нужны. А перстень в Дакире, в замке Вильэнары на острове… острове посреди озера Алигьеро. В её черном замке.

— Спасибо! Что я могу для Вас сделать?

— Уже ничего, — через силу грустно улыбнулся он. — Жаль, что я умираю не в Лиэне… Видно, Мериаду не достанется моя душа. Да и нужна ли она ему? Чего стоит одна душа в сонме тысяч других, заметит ли он ее потерю?

Визар приоткрыл глаза. Они были карими, живыми и… молодыми. Конечно, он был молод, и только колдовство заставляло его умирать — оно отняло у него время. Человек всё может повернуть вспять, всё, кроме времени. И пока мы почиваем на лаврах побед, оно медленно пожирает нас, как некогда мы своих врагов.

Стелла видела его смерть.