— Он умер, — сказала она дожидавшейся у порога девочке.

Та кивнула и вошла в землянку. Бросив безразличный взгляд на покойника, она пощупала ему пульс. Ещё раз, наверное, по привычке, промокнув лоб Визара влажной тряпкой, девочка закрыла ему глаза и сложила руки на груди.

А Стелла, наблюдая за ней с порога, не в силах уйти отсюда, и думала о жизни и смерти.

Жизнь — всего лишь набор воспоминаний, книга, которую мы с горечью перелистываем перед уходом и завещаем потомкам в виде бессвязной череды снов и слов. Или она как выстрел — такая же мимолётная, но яркая, способная изменить ход событий, пронзив сотни тысяч пылящихся на полках безвременья и беспамятства книг.

Какая же жизнь была у Визара?

Принцесса вернулась в Шала в подавленном состоянии, Наваэль даже испугался, что племянница заболела.

— Нет, дядя, я абсолютно здорова, — грустно улыбнулась Стелла. — Просто на моих глазах умер человек.

— Тот самый Визар?

— Да.

Принцесса села и, прикрыв глаза, откинула голову на спинку стула.

— Значит, ты застала его живым? — Король осторожно дотронулся до её лба, словно не доверяя ее словам о том, что она здорова. — Хоть это радует. Узнала всё, что хотела?

Девушка кивнула.

— И что ты намерена делать?

— Наверное, ехать туда, где храниться этот перстень: он за пределами Сиальдара. — Она приоткрыла глаза и посмотрела на него: конечно, ему это не понравилось, но вслух он пока своё недовольство не высказал.

— И где же он?

— Кажется, у ваших южных соседей.

— В Грандве?

— Нет, — покачала головой принцесса, — ещё южнее. В Дакире.

— И ты уедешь, даже не погостив пары недель в Розине? Стелла, ты очень меня обидишь, если уедешь прямо сейчас. — Наваэль был поразительно спокоен, спокоен так, будто не слышал произнесённого ей слова «Дакира».

— Конечно, я не уеду прямо сейчас, — улыбнулась девушка. — Пару недель не обещаю, но неделю… Мне тоже нужен отдых.

— Вот и хорошо, — похвалил он её. — Разумное решение.

Чем южнее, тем теплее — прописная истина, но именно о ней Стелла вспомнила по дороге в Розин. Апрель — а в Шала уже торгуют цветами, даже розами. Конечно, они привозные, но всё равно…

Прозрачная весенняя трава робко зеленела на пригорках, с каждым днем набираясь силы. А в Лиэне, наверное, только-только сошёл снег.

Наваэль добродушно смеялся над удивлением племянницы и, шутя, говорил, что в Грандве скоро загремят первые грозы.

Казалось, всё вокруг Розина было создано в соответствии с единым, но занудным идеальным планом: ровные сектора лугов, полей, садов, небольшие лесные массивы, аккуратные домики предместий, сетка ферм по обеим сторонам дороги и неизменные трактирчики, уютно разбросанные по деревням и предместьям.

Несмотря на то, что реки поблизости не было, местные жители не испытывали проблем: живительной влагой поля снабжала система ирригационных каналов с очаровательными белыми мостиками, перекинутыми через зеленоватую воду.

Стараясь побороть желание в очередной раз оглядеться по сторонам, Стелла рассказывала дяде и барону Остекзану, ввиду её расположения принятого в их узкий круг, о Лиэне. Её слушали внимательно, периодически прерывая рассказ вопросами.