Несмотря на презентабельный вид внешней стены, дома Зодчара роскошью не блистали. По преимуществу они были деревянными, в лучшем случае, фахверковыми, в один — редко два этажа, иногда с мезонином.

По не мощёным улицам бродила птица.

Прямо перед воротами была широкая прямоугольная площадь, с расставленными рядами пустыми повозками; под ними аккуратными штабелями лежали колья. Очевидно, по воскресеньям здесь был базар.

Стелла клевала носом; она и встала так рано только потому, что хотела наконец выспаться по-человечески. Девушка скользила глазами по развешенному тут и там белью и думала: до чего же до боли провинциальный городишко, не имеющий ничего общего с блистательным Сиальдаром. И, вправду, не имеющий, если не считать формальной принадлежности и официального гражданства его обитателей — зодчарцы были прямыми потомками страллов; общались они по преимуществу со своими «двоюродными братьями» — скаллинарцами. Сиальдарцы их не любили, а временами даже откровенно презирали за архаичный образ жизни.

Никакого намёка на гостиницу, а глаза уже предательски слипаются. Кабачки, конечно, попадаются, но уж больно неприглядны на вид. Может, она едет не по тем улицам?

Такие города, как Зодчар просыпаются рано и также рано засыпают. Вот, распугав гусей, проскакал парнишка на коренастой лошади, лоснящейся от росы, а кто-то высунулся из окна и пригрозил ему вслед. Прошла женщина с кувшином молока; дребезжа, проехал водовоз.

На беду, все, кто не спал в этот час, куда-то спешили, и заплетающийся сонный язык принцессы не успевал произнести первые буквы приветствия, как они уже исчезали из виду. Наконец ей повезло найти человека, который сподобился встать и никуда не спешил. Им оказался старик, сидевший на ступеньках одного из домов и с любовью расчёсывавший шкуру рыси. Принцесса спешилась и в самой вежливой форме осведомилась о гостинице.

— Зачем Вам гостиница? — Он пристально посмотрел на неё. — Никакая гостиница не заменит уюта дома. В нашем городе любая дверь открыта для странника, только женщине лучше сидеть в своём собственном доме, заботясь о детях, — укоризненно заметил старик. — А если уж и куда ездить, то к родным, и жить у них.

— Я бы с радостью, но у меня нет здесь родных, — улыбнулась Стелла.

— Нужно было ехать туда, где они есть.

— К сожалению, я не могу похвастаться сиальдарской роднёй — я не местная.

— Тогда зачем Вам шляться по миру, сидели бы дома с детьми.

— А у меня нет детей. — Этот маленький спор взбодрил ее. Интересно, чем он ответит на этот контрудар?

— Нет — так будут. Вашему мужу не понравиться, что Вы одна разъезжаете в таком виде.

В каком таком виде? Да, на ней не бальное платье, но ведь юбка же на ней есть.

— Моему мужу? — рассмеялась девушка. — Слава богам, в этом отношении я свободна! И не только в этом отношении.

— Интересно, очень интересно, — старик внимательно оглядел её с головы до ног. — Откуда Вы такая?

— Из Лиэны.

— Это где? Что за город?

— Это не город, а страна, на севере, за горами.

— И, что, там все женщины носят оружие? — Он указал на её меч.

В его голосе слышалось осуждение, поэтому, справедливо полагая, что неверный ответ лишит её возможности нормально выспаться, принцесса немного покривила душой:

— По своей воле я бы никогда не взяла в руки оружие.