Байр спрашивал, как проходят выборы нового короля, и Дагмар отвечал степенно и коротко. Мальчику хотелось узнать все до мельчайших подробностей, включая все непредвиденные обстоятельства и способы справиться с ними. Особенно ему хотелось побольше услышать про Банрууда из Берна.

Притянув племянника поближе, Дагмар растолковал ему что мог, но Байр видел озабоченность в дядином взгляде, натянутость улыбки и скованность в движениях. Мальчик еще раньше подметил, что дядя стал молиться дольше, а на его ладонях появились свежие порезы. Дагмар часто оставлял Байра, уходил в лес, снова и снова чертил руны. Он объяснял, что деревья иногда шепотом учат его мудрости, но их не слышно, когда Байр рядом. Мальчик хмурился и недоумевал, ведь он передвигался очень тихо, когда пробовал ходить за Дагмаром, держась на расстоянии, но дядя всегда знал, что он рядом, и отправлял домой.

Глядя на широкую спину ярла Банрууда, Байр вдруг подумал: а каково это – быть королем, правителем Сейлока? Никто не смог бы оставить его дома или таить от него секреты. Дагмару пришлось бы согласиться на совместные прогулки по лесу, стоит только пожелать.

Каково это – быть королем? Он встряхнулся, отгоняя назойливую мысль. Ему бы не хотелось указывать другим, что делать, не хотелось, чтобы шесть кланов ждали от него повелений, не хотелось приказывать, произносить красивые речи и сидеть на троне. Ему бы не хотелось становиться королем. Нисколечко. Он рассмеялся и встал, балансируя на парапете, словно за ним и не было пропасти глубиной в сотню футов.

– Д-да з-здравствует Б-банрууд из Б-б-берна, след-д-дующий к-король Сейлока! – крикнул Байр ветру.

Он был благодарен богам за то, что все устроено именно так, что он всего лишь мальчишка, скачущий по парапету, пока его никто не видит.

* * *

Банрууд был уверен, что получит поддержку ярлов – хотя бы потому, что все они одобряли те случаи, когда ярл становился королем. Но каждый слышал шепотки и пересуды в толпе, и ярлы сочли уместным помучить Банрууда россказнями о мальчике из храма. Ярлов объединяли наследственные титулы и желание видеть Сейлок процветающим – ради собственного благополучия и могущества. На самом деле никому Банрууд особо не нравился, и никто не расстроился бы, откажи хранители ему в престоле. Собрались они в Берне, во владениях Банрууда, и дожидались вестей от хранителей, которые пригласят их в храм на голосование и коронуют нового государя. Тем временем Банрууд постепенно терял терпение. Они ели его мясо, пили его вино, спали на его кроватях и ухлестывали за его служанками. А за трапезой неизменно возвращались к одному и тому же разговору.

– Говорят, мальчик из храма повстречался с медведем и отбился от целой стаи волков, – буркнул Лотгар, ярл Лиока. В кулаке он держал бедро цыпленка, и рот ярла лоснился от жира.

– Он голыми руками убил дикого вепря. Мой брат это видел, – добавил Эрскин, ярл Эббы, с отвращением глядя на жирные губы Лотгара. – Ухватил зверя за клыки и раскрутил. А когда отпустил, вепрь ударился о дерево и больше не поднялся.

– Эрскин, он всего лишь мальчишка! – зарычал Банрууд на ярла Эббы.

– Да. Мальчишка. Семи лет. Но говорят, что для своего возраста очень большой и невероятно сильный, – вставил Лотгар, не поднимая глаз от еды.

Банрууд усмехнулся. Семилетний мальчонка не может быть королем. И у него нет клана.

– Его зовут Байр. Можно подумать, что он из Берна, – предположил Дирт из Долфиса, выгнув густую черную бровь и вызывающе глядя на Банрууда.