— Где гроза? — заорал начальник.

— По данным синоптиков гроза значительно дальше. Самолёт не мог в неё попасть.

Никто ничего не мог понять.

— Спасателей срочно! Вертолёт на поле! Я сам полечу.

Команды начальника аэропорта неслись одна за другой.

Изумлению Быстрова не было предела. Он только что изъял из самолёта взрывное устройство, всё запротоколировал, доложил об этом в Москву, и всё же произошёл взрыв. Это казалось невероятным. Не осознав до конца родившуюся мысль, он снова позвонил в министерство. Его соединили с заместителем начальника отдела.

— Товарищ полковник, — доложил Быстров, — случилось самое худшее. Самолёт упал в море. Мы слышали взрыв. По всей вероятности в салоне было ещё одно устройство, о котором я не знал.

На другом конце связи была тишина. Видимо информация оказалась столь неожиданной и чрезвычайной, что получивший её полковник, не знал, что сказать.

— Вы меня слышите, товарищ полковник? — нетерпеливо спросил Быстров.

Наконец, раздался ответ:

— Слышу майор. Подождите. Не отключайтесь.

Теперь слышно было, как полковник разговаривает по другому телефону, сообщая кому-то полученное известие. Затем в трубке долго слышались только потрескивания, наполняющие эфир спутниковой связи. Видимо, полковника тоже попросили подождать.

Минуты молчания казались вечностью. Возникала мысль, не прервалась ли связь. Но в трубке иногда слышались чьи-то шаги, далёкие приглушённые голоса. В московском кабинете готовилось какое-то решение. Какое? Быстров пытался уловить ход мыслей руководства. Скорее всего, ему поручат начать расследование. Да, это необходимо. Как пронесли обезвреженное устройство, понятно. Но откуда могло появиться второе? И почему? Неужели заказчик уничтожения самолёта с Науковым предусмотрел неудачу и продублировал взрыв кем-то ещё, о ком майор не знал? Похоже на то. Однако для подготовки такой сложной операции в такое короткое время нужна была очень большая сила, большая власть. Вряд ли это нужно было зарубежным спецслужбам. Их интересует коммерческая сторона вопроса. Это доказывало и появление Мак-Алистера с его предложением работы Наукова на Америку. Возможно, конечно, и случайное совпадение. В самолёте мог оказаться террорист-камикадзе, которому хорошо заплатили. Или устройство было заложено заранее?

Быстров стал прокручивать в голове последний вопрос, на который, по его мнению, мог ответить только чёрный ящик, когда из трубки донеслось:

— Майор, вы были последним, кто заходил в самолёт?

— Так точно, товарищ полковник.

— Тогда оставайтесь на месте. Сейчас к вам подъедут сотрудники местной службы безопасности. Дальнейшие распоряжения получите от них.

Указание показалось странным, но как военному человеку, майору ничего не оставалось, как ответить:

— Слушаюсь!

Подумав немного, майор набрал номер телефона полковника Заглядова и рассказал ему о своих действиях, о неожиданной болезни его начальника и о полученном распоряжении от заместителя.

— Я вам рассказал всё это, — сказал он, завершая доклад, — на всякий случай, потому что ситуация мне кажется несколько странной и вызывает у меня неприятные ощущения.

Выслушав майора, Заглядов спросил:

— Вы доложили руководству о том, что вели съёмку видеокамерой?

— Нет, но это зафиксировано в протоколе.

— Ладно, — сказал Заглядов. — Пусть так. Но вы отправьте-ка эту камеру и копию протокола с одним из своих сотрудников ко мне, так как я занимаюсь безопасностью Наукова, и все эти сведения должны быть у меня.