Когда через полтора часа к дому подъехал экипаж, из которого выскочила Флоренс, нагруженная корзинами с овощами, фруктами, мясом и рыбой, Коринна этого даже не заметила — так она была поглощена подравниванием изгороди, представлявшей собой глухую стену из зелени, в которой сверкали красил и желтые цветы.

— Кори, посмотрите на себя, — возмутилась Флоренс при виде хозяйки с запачканными землей руками и раскрасневшимся лицом, — да вы просто поджарились на солнце.

— А чем мне еще заниматься? В саду мне всегда хорошо, — ответила Коринна, стирая рукой пот со лба, — не волнуйся, я уже все закончила.

— Знаете, Кори, когда так жарко, надо по крайней мере работать в тени. Удивляюсь, как это вы не упали в обморок на этом солнцепеке. Пойдемте в дом, моя милочка, приготовлю вам ванну.

Флоренс взяла Коринну под руку и повела в дом. На пороге женщины остановились и с удовольствием оглянулись на сад: они до сих пор не переставали удивляться буйству и разнообразию цветов. Почва здесь была настолько плодородна, а климат настолько благоприятен, что стоило воткнуть растение в землю, и оно тут же начинало бурно цвести и разрастаться. За те несколько месяцев, что они прожили на острове, стараниями Коринны дворик перед домом превратился в благоухающий сад.

Сам дом утопал в зелени и цветах. Это было чудесное место для отдыха, и даже печальные обстоятельства, приведшие их сюда, не могли омрачить очарования этого райского уголка.

— Вот что. Кори, посидите здесь в тени, в этом кресле, — заявила Флоренс, — я сейчас разгружу провизию, наполню ванну и приду за вами.

— Не понимаю, почему я разрешаю тебе обращаться со мной, как с ребенком, но прохладная ванна мне сейчас, конечно, не помешает. Поясница снова разболелась.

— Не знай я вас с самого детства, я бы подумала, что срок у вас гораздо больше того, что вы называйте, — неожиданно сказала Флоренс, глядя на живот хозяйки.

— Ну, не говори глупостей, — недовольно перебила ее Коринна и откинулась на спинку соломенного кресла-качалки.

Оставшись одна, она подумала, что Флоренс, сама того не подозревая, была права. Роды могли начаться не сегодня завтра. И хотя томительное ожидание становилось невыносимым, Коринна вовсе не желала ускорить этот день, ведь тогда пришлось бы объяснять Флоренс, что она с Джейрдом была вместе задолго до венчания, а эту унизительную тайну она никому не собиралась раскрывать.

Легкий порыв ветра принес упоительный запах цветущих гардений, и Коринна сделала глубокий вдох. Неожиданно ее тело пронзила острая боль. Слишком много раз она сегодня наклонялась, копаясь в земле. Коринна разозлилась: теперь она лишилась своей последней радости — работы в саду. Этот ребенок, не успев появиться на свет, уже лишил ее всего, не дав взамен ничего, кроме тошноты, неудобства и боли.

Как же она его ненавидела! Это существо отнимало все силы. Сейчас Коринна не могла и пальцем пошевелить от слабости, а Флоренс уже звала ее:

— Кори, ванна готова! Пойдемте! Она попыталась встать, но не смогла: тело стало тяжелым и непослушным.

— Флоренс, помоги мне, пожалуйста! Я даже подняться не могу, — простонала она жалобно.

Охнув, Флоренс бросилась к хозяйке и помогла ей осторожно приподняться из кресла.

— Ax, милочка, как же тяжело вам приходится. Жаль, что его здесь нет, жаль, что он не слышит ваших жалоб.

— Да появись он здесь, я бы, наверное, перерезала ему горло!

— Ну, ну, зачем говорить о таких ужасах? В конце концов, вы ведь сами захотели выйти за него замуж. И ребеночка вы делали вместе.

— Ах, ради Бога, не напоминай мне об атом.