Бросив оценивающий взгляд на модное голубое дорожное платье посетительницы, угрюмый дворецкий объявил, что хозяин никого не принимает.

Верити, отстранив его, решительно вошла в холл.

— Я здесь не с официальным визитом. Передайте моему дяде, что я должна увидеть его по неотложному делу. Это отнимет у него всего несколько минут.

Эти слова были произнесены с твердой решимостью, и дворецкий заколебался. Не было никакого сомнения, что эта молодая дама настроена решительно. Но главную роль сыграло волшебное слово «дядя».

— Его светлость сейчас принимает посетителя, мисс. Но если вы соблаговолите пройти сюда, — пригласил он, открыв дверь с левой стороны холла, — я сообщу ему о вашем визите.

Вопреки ожиданиям, Верити пришлось пробыть в небольшом салоне с окнами, выходящими на улицу, не более минуты, пока дворецкий возвратился, чтобы сообщить ей, что его светлость немедленно примет ее. Оставив Горация на попечении Мег, Верити вошла в великолепно отделанную библиотеку, где за огромной конторкой красного дерева восседал ее дядя.

— Моя дорогая, ты хорошеешь с каждым разом, как я вижу тебя. Могу я предложить тебе что-нибудь?

— Нет, спасибо, дядя Чарльз. Я знаю, что вы невероятно заняты, поэтому не отниму у вас много времени. — Верити внезапно нахмурилась и оглядела просторную, заставленную книжными шкафами комнату. — Кажется, у вас кто-то есть?

— Нет, нет, моя дорогая. Уже нет. И я никогда не занят настолько, чтобы не найти времени для любимой племянницы. — Кивком головы лорд Чарльз отпустил слугу. — Значит, Кларе все-таки удалось заманить тебя в город?

— Тетушке действительно удалось меня уговорить, но получу ли я удовольствие от этого, еще неизвестно, — сухо ответила Верити. — Мы приехали из Кента вчера. Об этом я и пришла поговорить с вами, дядя Чарльз. — Верити задумчиво посмотрела на него. Его политическая карьера началась очень давно. Однако она никогда до конца не понимала, какую именно работу он выполнял для правительства. Он несколько раз выезжал в Португалию и Испанию во время кампании на Пиренейском полуострове и был хорошо знаком с герцогом Веллингтоном. — Одна из постромок тети Клариной коляски сломалась, — объяснила она, — я воспользовалась местом в почтовой карете. — Верити подробно рассказала о том, что происходило в маленькой комнате в придорожной гостинице. Она почувствовала раздражение, когда после всего услышанного дядя Чарльз продолжал сидеть и довольно ласково смотреть на нее, словно она сообщила ему о чем-то не более значительном, чем последние фасоны шляпок. — Ну так что? — нетерпеливо спросила она.

— Да… все это очень интересно, моя дорогая, но я не думаю, что тебе стоит так беспокоиться.

— Вы не думаете?.. — Верити не поверила своим ушам. Неужели ее дядя, которого она всегда боготворила, мог сказать такую чудовищную глупость?! — Вы слышали хоть одно слово из того, что я сказала, дядя Чарльз?

— Конечно, слышал. А теперь успокойся, детка, — миролюбиво сказал он, заметив, как сердито вспыхнули фиалковые глаза. — Уверяю тебя, что все, что ты мне сказала, будет передано… куда следует. — Он махнул рукой. — Но мы постоянно имеем дело с сообщениями о подозрительных шпионах, и в большинстве случаев все это оказывается полнейшим вздором. Так что тебе лучше всего не забивать больше этим свою хорошенькую головку и забыть о том, что это вообще произошло.

Понимая, что дальнейшее обсуждение совершенно бесполезно, Верити встала.

— Сожалею, что отняла у вас так много вашего драгоценного времени, дядя Чарльз.

Язвительная нотка в ее голосе не осталась им не замеченной, но он решил, что будет куда более мудро, если он оставит это без внимания.