Блондинка с полным непониманием смотрит на бумаги на столе.

— Это договор на покупку торфяных болот у Рудиковых, — с довольным видом сообщает Аркадий, при этом потирая руки. — Пока подписанный только с моей стороны. Но Рудиков сразу поставит автограф, как только мы, Лазаревы, выполним одно условьице.

— Цена смешная, — хмурится Радмила, глазами пробегаясь по диагонали по документу. — Столько разве что сотка земли стоит.

— Ты на цену не смотри, дочка, — замечает улыбающийся глава Лазаревых. — Она чисто формальная. Дело, как я сказал, в условии, что мы с Рудиковым предварительно обсудили, — он делает театральную паузу. — Ты выходишь за Рудикова.

— Что⁈ — вылупляет глаза блондинка. — Нет!

— Да, Радмила, — строго бросает Аркадий.

— За этого старика⁈ Сколько ему лет⁈ Двести⁈

— Столько же, сколько и мне, — морщится Аркадий. — А я женюсь на его дочке.

— На Серене⁈ Ей же семнадцать! — в ужасе восклицает девушка, схватившись за косу.

— Почти восемнадцать, — глава не разделяет негодования дочери. — На следующей неделе день рождения.

— Папа, нет, — Радмила вскакивает и упирает кулаки в стол. — Женись на ком хочешь, но я не пойду за старого пня!

— Ты пойдешь за Рудикова, — мрачнеет Аркадий, почуяв запах портящейся малины. — Он достойный сударь. Обеспеченный, богатый, состоятельный.

— Я нужна Мише! — всплескивает руками блондинка, обводя всю усадьбу.

— Ты не Романова, ты Лазарева! — рявкает Аркадий. — И подчиняешься роду Лазаревых! Миша не может указывать мне, как обходиться со своей дочерью!

— Именно поэтому ты дожидался, как только Миша уедет, чтобы сообщить эту новость? — с сарказмом произносит Радмила.

— Это всё неважно, — возвращает довольную ухмылку Аркадий. — Романова здесь нет, а к тому времени, когда он вернется, ты уже выйдешь за Рудикова.

— А если Миша узнает раньше? — Радмила тоже улыбается.

— Как узнает? — с превосходством вскинув подбородок, спрашивает старик. — Тебе я запрещаю рассказывать. Ты — моя дочь, и не посмеешь ослушаться.

— Хорошо ты меня знаешь, папочка, — улыбка не сходит с пухлых губ блондинки. — Но как насчет Варяга?

— Кого? — Аркадий прослеживает за взглядом дочери и моментально бледнеет.

Из угла комнаты на них смотрит маленький бестелесный грифончик. В ту же секунду звонит мобильник Аркадий.

Дрожащей рукой старик принимает звонок и под насмешливым взглядом блондинки произносит:

— Да, Миша…? Замуж? Да нет, конечно! Тебе показалось! Нет, никакого договора… — он округлившимися глазами смотрит, как блондинка бросает договор по торфяникам в шредер. Бумага исчезает в пасти прожорливой машины. — Да, понял. Радмила твоя помощница и только твоя. Больше не буду, только не злись. Хорошо тебе добраться до Центра, Миша!

На негнущихся ногах, больше не говоря ни слова дочери, глава Лазаревых выходит из кабинета.

* * *

За окном уже темнеет, когда я выныриваю в реальность. После разговора с пронырой Аркадием еще немного помедитировал.

Фрося заснула сидя на полке напротив. Варяг куда-то снова улетел. Ладно, пускай гуляет, орел наш.

Так, а времени сколько? Полседьмого.