Он принял душ, включил ноутбук и распечатал файл с расходами. Завтра надо будет послать его Дженнифер.

Дейли сунул дискету в дисковод, перебросил весь накопившийся материал в файл nombre-1, создал новый файл, nombre-2, и принялся за статью. Но через час потянуло на улицу — работать, когда на улице весна, почти невозможно.

Поэтому он сохранил файл, вытащил дискету и отнес ее на кухню. Там, в холодильнике, за молочными пакетами, стояла коробочка для резервных копий. Кому-то такое хранилище может показаться странным, однако на самом деле надежнее не придумать. Холодильник не просто поддерживает температуру, он еще и герметичен. С дискетами ничего не произойдет, даже если начнется пожар.

Вечером, когда низкое солнце начало бесцеремонно заглядывать прямо в окна, Фрэнк позвонил Энни Адэр.

— Алло?

— Привет, это Фрэнк Дейли.

— А! — Пауза. — Привет.

Между «А!» и «Привет» ее жизнерадостный тон превратился в настороженный.

Минуту они болтали ни о чем. «Как дела? Хорошо, а у тебя? Тоже. Получила статью про грипп? Да, получила! Отличная статья».

— Я тут подумал, — начал Фрэнк спустя еще несколько минут, — может, сходим куда-нибудь, поедим?

— Не знаю, боюсь, мысль не самая удачная.

— Почему?

— Ну, я все еще не могу с тобой разговаривать.

— Неправда, а сейчас ты что делаешь?

— Ты прекрасно понимаешь. Я про Копервик, Хаммерфест и так далее.

— Думаешь, я тебе из-за этого позвонил?

— Да.

— Какой ужас, нельзя быть такой подозрительной! Копервик! Ха! Думаешь, мне нужен только этот Копервик?

— Да.

— Вот как? А если я пообещаю совсем о нем не говорить?

— Не знаю, можно ли тебе верить. По-моему, ты довольно… напористый.

— Кто напористый, я напористый?! Я просто голодный. Ну хочешь, поклянусь? Особо торжественно, а? Хочешь честное слово?

Нервный смешок дал понять, что еще не все потеряно.

— Хорошо, уговорила! Я поклянусь на пачке Библий!

Еще один смешок.

— Одна пачка устроит?

— По-моему, ты не слишком верующий.

— Да, действительно. Тогда на учебнике анатомии? Или нет, на медицинском справочнике! Только назови!

— Но… Ты же наверняка хочешь узнать про экспедицию. Я бы на твоем месте точно хотела.

— Забудь. Я статью написал — ты ее читала. Теперь у меня материал поинтереснее.

— Какой?

— Sin nombre. Я только что из Нью-Мексико.

— Правда?

Фрэнк принялся читать с экрана самым елейным дикторским голосом, который только возможно изобразить:

— Уже перед началом зимы врачи сразу четырех штатов забили тревогу: peromyscus maniculatus размножились в невероятном количестве. Peromyscus maniculatus, более известные как обычные оленьи мыши… Продолжать?

— Не надо.

— Так обедать-то идем?

— Ну…

Дейли всегда считал, что «ну» и «может быть» — это уже согласие. «Не говори „нет“! — умолял он когда-то в детстве маму. — Скажи „может быть“!»

— Отлично! В пятницу устроит? Я заеду в полвосьмого! — Не дав Энни опомниться, он повесил трубку. Если решит не идти — перезвонит.

Энни жила сравнительно неподалеку, делила небольшой домик в Маунт-Плезант с женщиной из Канзаса по имени Инду и компьютерным гуру из Каракаса.