- Они хорошо рассчитали все, Тинстар и Электра, - согласился Дункан. Сначала - ловушка, в которой Финн мог погибнуть: тогда они избавились бы от него скорее. Затем, когда это не сработало, они заманили его во вторую западню.

Не сомневаюсь в том, что Финн наткнулся на Тинстара и Электру там, где ожидал застать ее одну. Он не мог коснуться Тинстара, но Тинстар коснулся его и ушел, и Финн остался с Электрой. А когда он сказал тебе о присутствии Тинстара, ты подумал только о связи Айлини с Электрой…

Дункан покачал головой, в лучах солнца ярко блеснула золотая серьга:

- Они играли с нами, Кэриллон… и едва не выиграли.

- Они выиграли, - платье висело на мне, как на вешалке. - У меня есть только дочь, а Хомейне нужен наследник.

Дункан поднялся и подошел к Каю, протянув к птице руку, словно хотел пощадить - но передумал. Я увидел, как дрожат его пальцы.

- Ты все еще молод, даже если чувствуешь себя старым, - он стоял ко мне спиной, - Возьми себе другую чэйсулу и подари Хомейне наследника.

Я смотрел ему в спину, он застыл напряженно, ожидая моих слов.

- Ты знаешь законы Хомейны. Ты был на свадебной церемонии: разве ты забыл клятвы? Хомэйны не оставляют своих жен. У нас нет разводов. Это не просто обычай: это закон. Думаю, ты, так верно следующий законам Чэйсули, понимаешь, насколько это связывает меня. Даже меня, Мухаара.

- Имеет ли закон такое же значение, когда жена пытается убить мужа?

В его тоне мне послышалась насмешка.

- Нет. Но ей это не удалось, и я знаю, что скажет Совет. Возможно, я смогу оставить ее - по не разорвать узы клятвы. Совет никогда не позволит этого. Это было бы нарушением закона Хомейны.

Дункан резко обернулся ко мне:

- Она - мэйха Тинстара! В ее утробе - его ребенок! Или Совет Хомейны желает тебе смерти?!

- Ты что, не видишь? - хрипло воскликнул я. - Все утекает у меня между пальцев. Если бы Турмилайн не ушла с Финном, а вышла бы замуж за Лахлэна, я мог бы надеяться, что она даст мне наследника. Если бы она вышла замуж за любого принца, у Хомейны был бы наследник престола. Но она этого не сделала. Она ушла с Финном и отняла у меня даже этот шанс.

- Отошли ее, - настойчиво повторил Дункан, - Ты Мухаар, ты можешь делать все, что хочешь. Я медленно покачал головой:

- Если я начну устанавливать свои собственные законы, я стану деспотом. Я стану таким же, как Шейн, который мечтал уничтожить народ Чэйсули. Нет, Дункан.

Электра останется моей женой, хотя не думаю, что оставлю ее здесь. Я не хочу видеть ни ее, ни ублюдка, которого она носит.

На мгновение он прикрыл глаза - и я понял. Наконец понял, чего он боялся.

Я устал. Боль затаилась глубоко в моих костях. Знание того, что мне предстояло, совершенно измучило мена. Но избежать этого я не мог.

- Незачем меня бояться, - тихо сказал я.

- Незачем? - глаза Дункана потускнели. - Я знаю, что ты сделаешь.

- У меня нет выбора.

- Он - мой сын…

- …и Аликс, а Аликс - моя кузина, - я остановился, прочитав боль в лице того, кого так любила Аликс. - Как давно ты знал, что это произойдет?

Дункан рассмеялся, но в смехе его звучало отчаянье:

- Мне кажется, я знал это всю мою жизнь. С тех пор, как я узнал свою толмоору, - он покачал головой и опустился на табурет, ссутулившись, невидящим взглядом уставившись в пол. - Я всегда боялся. Тебя… прошлого и будущего… того, что уготовило Пророчество моему сыну. Или ты думаешь, что меня влекла к Аликс только страсть? - страдание стерло с его лица привычную бесстрастность, Аликс была частью моей толмооры.