|
– Но Сванхильда затосковала. «Как я узнаю, что с тобой?! – воскликнула она. – Ты можешь быть ранен… или заболеть». Тогда Рагнар, который был очень умным, придумал способ обмениваться вестями на расстоянии. Он сделал два белых флага и два черных, дал ей по одному флагу каждого цвета, а потом сказал: «Следи за моими драккарами в проливе. Если со мной будет все в порядке, я подниму белый флаг. Если у тебя все хорошо, вывешивай на башне белый флаг, чтобы мое сердце тоже не беспокоилось».
– Это хороший план, – заметил Бьорн, глубоко вздыхая. Напряжение оставило его тело, и плохой сон, казалось, куда-то испарился.
– Так поначалу и было, – продолжала Рика. – Но когда пошли недели, за ними месяцы, а Рагнар все не возвращался домой, а лишь заплывал ненадолго время от времени, сердце Сванхильды ожесточилось. Она рассуждала так… Когда викинги отправляются в походы, они оставляют свои сердца дома, а уплывают лишь их тела. Но если Рагнар не возвращается, то не забыл ли он о ней в объятиях английской девушки? И решила его испытать.
– Ох, это никогда не приводит к добру, – покачал головой Бьорн.
Рика укоризненно поджала губы, а потом продолжила рассказ:
– Когда она заметила приближавшийся драккар, то вывесила на башне черный флаг и поспешила на берег. Там она улеглась на песок и велела служанкам плакать над ней, как над мертвой.
– Хм! – выгнул бровь Бьорн. – Определенно плохая идея.
Рика продолжала, не обращая внимания на его слова:
– Рагнар издали увидел черный флаг, бросился в море и поплыл к берегу, стремясь обогнать корабль. Шатаясь, выбрался из воды и увидел свою любовь вроде бы мертвую. Клич берсеркера сорвался с его уст. Он выхватил кинжал и, прежде чем кто-либо успел его остановить, вонзил его себе в сердце и упал замертво.
– Я так и знал, что испытывать этого мужчину было плохим делом, – кивнул Бьорн с самодовольной улыбкой.
Рика закатила глаза и покачала головой:
– Ты хочешь дослушать конец истории или нет?
– Да, пожалуйста.
– Сванхильда вскочила…
– Зная, что поступила неправильно, – уточнил Бьорн.
– Да, зная, что поступила дурно, – передразнила его интонацию Рика. – Но ничего нельзя было исправить. Рагнар уже умер… Тогда она вытащила кинжал из его груди, поцеловала любимого в холодные губы и вонзила кинжал в собственное сердце…
– Его губы еще не успели остыть, – уточнил Бьорн.
– Может, в следующий раз ты сам расскажешь эту историю?
– Нет, продолжай, пожалуйста. – Он откинулся назад, явно наслаждаясь ситуацией. – Прости, что перебил тебя.
– Она вытащила кинжал из груди мужа, поцеловала его в холодные губы, – повторила Рика, – и вонзила кинжал в собственное сердце.
– Да-а, нет ничего лучше парочки мертвых любовников, если хочешь повеселить человека, – с насмешкой покрутил головой Бьорн.
– Ты сам хотел услышать любовную историю, – напомнила она ему.
– Хотел. Спасибо тебе, Рика. Думаю, что теперь смогу заснуть. – Он в последний раз предложил ей глотнуть эля, а когда она помотала головой, осушил рог до дна. – Ты знаешь, в чем была истинная проблема Рагнара и Сванхильды?
– Как я понимаю, ты собираешься мне это объяснить.
– Своевременность.
И когда Рика скорчила рожицу, продолжил:
– Если бы Сванхильда открыла глаза на миг раньше, трагедии можно было бы избежать. |