Он встал, потянул ее тунику вверх, и Рика подняла руки, помогая ему стащить ее через голову. Бьорн уронил тунику на пол позади нее. Это казалось таким естественным… но по ее обнаженной коже побежали тревожные мурашки.

Она одной рукой стыдливо прикрыла груди, а другой защитила от его жаркого взгляда низ живота. К тому же это как-то облегчало странную боль в этой области ее непослушного тела.

– Нет, моя Рика, – произнес он чуть охрипшим голосом, отвел ее руки и положил их на свои плечи. – Мне доставляет удовольствие просто смотреть на тебя. Мне хотелось бы запечатлеть эту картину в своей голове. Ты такая красивая и хорошая… – Он накрыл своей рукой одну ее грудь и потер большим пальцем кончик соска, отчего ее по всему телу пробила дрожь. – Такая нежная…

Бьорн уселся на край постели и притянул ее поближе. Он погрузил лицо в ложбинку меж ее грудей, а потом по очереди брал ее отвердевшие соски в рот. Его мощные широкие ладони бродили по ее обнаженной коже, и мозоли на его пальцах посылали иголочки по всему телу Рики.

Она едва могла дышать. Слова были ее жизнью, ее даром, но сейчас ни одно не шло на ум. Только чувства, пьянящие, головокружительные… Только жаркая нужда в нем. Когда его рука нащупала щелку меж ее ног, она вскрикнула и отступила на шаг.

– Нет!.. Пожалуйста…

– Ты права. – Он прерывисто дышал, но сумел встать на ноги. – Мы должны быть равны. – С этими словами он снял с себя лосины. – Я весь твой, Рика.

Он взял ее руку и положил на свой мощный возбужденный жезл, чтобы она могла его потрогать. Но она позволила нежной шелковистой коже твердого фаллоса просто скользнуть по ее ладони. Бьорн качнулся к ней. Глаза его были закрыты, грудь судорожно вздымалась. Она бережно коснулась его мошонки, сразу напрягшейся от ее ласки, нежно погладила оба бугорка, а потом опять вернулась к его фаллосу. Когда она крепко взялась за него, Бьорн затрепетал, застонал, словно она испытывала его выдержку, а он больше не мог терпеть. Его руки сомкнулись вокруг нее, прижимая к своей груди.

Не открывая глаз, он нашел губами ее рот и завладел им с яростной силой, близкой к отчаянию. Она жарко и жадно ответила на поцелуй, а руки ее, скользнув по мускулистой спине, сжали его тугие ягодицы.

Бьорн опустил ее на готовое ложе и сам примостился рядом. Его рот вдруг оказался повсюду: пощипывая, покусывая, целуя и… пробуждая в ней неукротимый всеобъемлющий огонь. Пылая, Рика услышала чьи-то томные стоны и в то же мгновение поняла, что эти звуки исходят от нее.

Он пробежался пальцами по ее плоскому животу и спустился ниже, в ее влажную глубину. Она содрогнулась от острого наслаждения, которое дарило ей прикосновение кончиков его пальцев.

– Попроси меня, Рика, – уговаривал он ее. – Освободи меня от обещания, попроси меня овладеть тобой. – Он опустился на нее всем телом, а губы его двинулись вверх, минуя железо ее ошейника, чтобы снова найти ее рот.

Внезапно в мозгу Рики вспыхнули слова: «Постельная рабыня, наложница!» Железный ошейник впился в кожу, обжигая болью. О чем она только думает? Бьорн сказал, что они равны, но это ложь. Никогда они не станут равными, пока это железо сковывает ее шею. Она не может отдаться ему добровольно… пока на ней этот ненавистный символ рабства.

Поспешно сжав ноги, она скрестила щиколотки и забилась под ним. Он наконец осознал, что она сопротивляется, и отпустил ее рот.