Хвала потерянным богам.

Изо всех сил двигая ногами, Дариус поплыл к открытому отверстию вдалеке, которое, как он полагал, находилось ближе всего к выходу.

Волна подтолкнула его вперед, и он оглянулся через плечо; поджав крылья, три тахопки плыли за ним, хвосты помогали им набирать скорость.

Чертовы потерянные боги.

Собрав все оставшиеся у него силы, Дариус оттолкнулся и устремился прочь из ближайшего бассейна, зацепившись рукой за край, чтобы подтянуться вверх.

Быстро оглянувшись, он увидел, что большинство существ летят или скользят туда, где он только что стоял, что дало ему фору, пока он бежал к лестнице.

Его дыхание отдавалось в ушах, когда он увидел, как Мусаи пятятся к туннелю, из которого они вчетвером пришли.

Несмотря на энергичную игру Арабессы, древние существа, казалось, навсегда освободились от своих оков. Старшая сестра сняла смычок со струны, что-то крича, когда Ларкира побежала к Дариусу.

– Беги! – взревел он. – Уходи!

Ларкира что-то сказала в ответ, но из-за затычек в ушах он не расслышал ни звука.

Резкий удар пришелся по его плечу, когти впились в кожу, а затем его резко подняли вверх.

Тебе не скрыться, – сердитое шипение тахопки, увлекающей Дариуса прочь, заполнило его голову. Она сильно взмахнула крыльями, унося их обоих вверх.

Волна энергии и ветра ударила снизу; рот Ларкиры открылся на какой-то повелительной ноте, в то время как взгляд, направленный на них, пылал. А в следующее мгновение Дариус уже падал; змея ослабила хватку, когда сверху посыпались сломанные сталактиты, пронзающие ее насквозь. Дариус приземлился, резко выдохнув, когда воздух вылетел из его легких.

Пытаясь отдышаться, он обнаружил, что находится на пороге пещеры, а Мусаи всего в нескольких шагах от туннеля.

Арабесса и Ния отчаянно указывали в сторону проема, когда Ларкира резко остановилась перед ним. Она потянула его за пропитанную водой одежду, заставляя подняться на ноги, как раз в тот момент, когда пронзительный визг королевы тахопки заполнил его разум. Голова Дариуса пульсировала от этого вторжения, и он запустил руки в волосы, пытаясь ослабить давление.

Когда твердая хватка затащила его в темный туннель, ему казалось, что ноги, несущие его вперед, принадлежат кому-то другому. Все вокруг ярко вспыхнуло, как только они вчетвером вошли внутрь, полуночные орхидеи проснулись, чтобы осветить их побег.

Кто-то толкнул Дариуса в спину, и он споткнулся, а затем повернулся и увидел, как Ларкира снова открыла рот и раскинула руки, посылая неслышимое им заклинание в приближающихся монстров. Тахопка повалилась назад в свою купальню, и в этот самый момент стена из разбитых валунов обрушилась, запечатывая пещеру и лишая возможности войти.

Находившаяся рядом Ларкира кричала: «Беги!», а затем помчалась прочь, и теперь, когда рев чудовищ исчез из головы Дариуса, он последовал ее приказу.

Дариус бежал, что есть сил устремляясь вперед, туннель волной обрушивался позади него.

Они пробежали через арку с колоннами к тому месту, где на маленьком пляже в первой пещере их ждала лодка. Дариус упал на колени. Пыль от рушащихся камней посыпалась вокруг него, он закашлялся и захрипел, пытаясь облегчить боль в легких.

И все же его грудь продолжала гореть, словно внутри полыхал огонь.

Прохлада коснулась его щеки, и он подпрыгнул, но, увидев знакомые голубые глаза, расслабился.

Ларкира.

Она присела перед ним на корточки, пряди ее светлых волос выбились из туго заплетенной косы; пыль и грязь покрывали черное платье. Ее щеки раскраснелись, по вискам стекал пот, на лице читалась явная усталость.

Несмотря на все это, в тот момент Дариус мог думать лишь о том, какой храброй она была.

Ларкира снова подняла руку, на этот раз медленно, и вынула затычки из его ушей.