|
– «Или вот тоже: предметы… Черт их знает, чт? они на самом деле: то же все – да не то… Это я постиг на жестяннице: жестянница, как жестянница; и – нет, нет: не жестянница, а…» – «Тсс!» – «Жестянница ужасного содержания!» – «А жестянницу вы скорее в Неву; и все – вдвинется; все вернется на место…» – «Не вернется, не станет, не будет…» Он тоскливо обвел мимо бегущие пары; он тоскливо вздохнул, потому что он знал: не вернется, не станет, не будет – никогда, никогда! Александр Иванович удивлялся потоку болтливости, хлынувшему из уст Аблеухова; он, признаться, не знал, что ему с той болтливостью делать: успокаивать ли, поддерживать ли, наоборот – оборвать разговор (присутствие Аблеухова прямо его угнетало). – «Это вам только, Николай Аполлонович, ощущения ваши кажутся странными; просто вы до сих пор сидели над Кантом в непроветренной комнате; налетел на вас шквал – вот и стали вы в себе замечать: вы прислушались к шквалу; и себя услыхали в нем… Состояния ваши многообразно описаны; они – предмет наблюдений, учебы…» – «Где же, где?» – «В беллетристике, в лирике, в психиатриях, в оккультических изысканиях». Александр Иванович улыбнулся невольно такой вопиющей (с его точки зрения) безграмотности этого умственно развитого схоласта и, улыбнувшися, продолжал он серьезно: – «Психиатр…» – «Назовет…» – «Да-да-да…» – «Это все…» – «Что «это все – то да не то?»» – «Ну, то да не то – зовите хоть так – для него обычнейшим термином: псевдогаллюцинацией…» [270 - Псевдогаллюцинации – ненормальное психическое состояние, при котором человека посещают необычные видения, образы, ощущения. В отличие от галлюцинаций (т. е. действительных обманов чувств) псевдогаллюцинации не имеют прямых аналогий с тем, что возможно в действительности; это, по характеристике известного в начале века врача-психиатра В. Кандинского, – явления, не имеющие «характера объективной действительности», но осознающиеся самим субъектом «как нечто субъективное, однако вместе с тем, – как нечто аномальное, новое, нечто, весьма отличное от обыкновенных образов воспоминания и фантазии» (Кандинский В. X. О псевдогаллюцинациях. Критико-клинический этюд. – СПб., 1890. – С. 25 – 26). Этот термин Белый упоминает во «2-й симфонии» в ситуации, имеющей сходство с эпизодом из «Петербурга», вложив его в уста «зелено-бледного горбача»: «К нему пришел двоюродный брат и пожаловался на страдания свои: говорил, как по вечерам ему кажется, что предметы сходят с мест своих. Горбач потрепал по плечу нервного братца и заметил добродушно, что этим нечего смущаться, что это „псевдогаллюцинации д-ра Кандинского“ (Белый Андрей. Симфония (2-я, драматическая). (М.), (1902), с. 33); Белый приводит здесь же примечание: „См.: Курс психиатрии Корсакова“ (т. е.: Корсаков С. С. Курс психиатрии. – М., 1893; в этой книге на с. 391 дано описание псевдогаллюцинаций).] – «?» – «То есть родом символических ощущений, не соответствующих раздражению ощущения». – «Ну так что ж: так сказать, это все равно, что ничего не сказать!…» – «Да, вы правы…» – «Нет, меня не удовлетворяет…» – «Конечно: модернист назовет ощущение это – ощущением бездны [271 - Образ «модерниста», переживающего «ощущение бездны», возникал и раньше в произведениях Белого; в частности, в статье «Штемпелеванная калоша» (1907) иронически изображен «петербургский модернист», попирающий «бездну» калошами: «Всякий смышленый, благовоспитанный человек прекрасно знает, что слово «бездна» – жаргон в стиле модерн. |
