|
– «Аполлон Аполлонович… выходит в отставку…» Все вскочили; расплакался столоначальник Легонин; и возникло все это: идиотский гул голосов, ног неровные топоты, из вице-директорской комнаты вразумительный голос; и – треск телефона (в департамент девятый); вице-директор стоял с дрожащею челюстью; в руке его кое-как плясала телефонная трубка: Аполлон Аполлонович Аблеухов, собственно, уже не был главой Учреждения. Через четверть часа, в наглухо застегнутом вицмундире с обтянутой талией седовласый вице-директор с аннинской звездой на груди уже отдавал приказания; через двадцать минут свежевыбритый и волнением молодеющий лик проносил он по залам. Так совершилось событие неописуемой важности. Гадина Закипевшие воды канала бросились к тому месту, где с оголтелых пространств Марсова Поля ветер ухал в суками стонавшую чащу: что за страшное место! Страшное место увенчивал великолепный дворец; вверх протянутой башнею напоминал он причудливый замок: розово-красный, тяжелокаменный; венценосец проживал в стенах тех; не теперь это было; венценосца того уже нет [359 - Михайловский дворец (Инженерный замок), построенный по проекту В. И. Баженова в 1797 – 1800 гг. для императора Павла I, который был убит в нем в 1801 г.]. Во царствии Твоем помяни его душу, о, Господи! Розово-красный дворец выступал своим вверх протянутым верхом из гудящей гущи узловатых, совершенно безлистных суков; суки протянулись там к небу глухими порывами и, качаясь, ловили бегущие хлопья туманов; каркая, вверх стрельнула ворона; взлетела, прокачалась над хлопьями, и обратно низринулась. Пролетка пересекала то место. Полетели навстречу два красненьких, маленьких домика, образовавших подобие выездной арки на площади перед дворцом [360 - Речь идет о двух симметричных павильонах перед главным подъездом Инженерного (Михайловского) замка, построенных по проекту архитектора В. И. Баженова в 1798 – 1800 гг.]; слева площади древесная куча угрожала гудением; и будто наваливалось кренящимися верхами стволов; шпиц высокий вытарчивал из-за туманистых хлопьев. Конная статуя вычерняласъ неясно с отуманенной площади; проезжие посетители Петербурга этой статуе не уделяют внимания; я всегда подолгу простаиваю перед ней: великолепная статуя [361 - Памятник Петру I перед Михайловским дворцом]! Жалко только, что какой-то убогий насмешник при последнем проезде моем золотил ее цоколь. Своему великому прадеду соорудил эту статую самодержец и правнук [362 - Подразумевается надпись, сделанная на передней стенке пьедестала конной статуи Петра I при ее установке: «Прадеду правнук. 1800».], самодержец проживал в этом замке; здесь же кончились его несчастливые дни – в розовокаменном замке; он не долго томился здесь; он не мог здесь томиться; меж самодурною суетой и порывами благородства разрывалась душа его; из разорванной этой души отлетел младенческий дух. Вероятно, не раз появлялась курносая в белых локонах голова в амбразуре окна; вон окошко – но из этого ль? И курносая в локонах голова томительно дозирала пространства за оконными стеклами; и утопали глаза в розовых угасаниях неба; или же: упирались глаза в серебряную игру и в кипения месячных отблесков в густолиственной куще; у подъезда стоял павловец-часовой в треугольной шапке с полями и брал ружьем на караул при выходе золотогрудного генерала в андреевской ленте [363 - Андреевская лента – орден св. апостола Андрея Первозванного – высший орден Российской империи, утвержденный в 1698 г.; имел голубую ленту.], направлявшегося к золотой, расписанной акварелью карете; красно-пламенный высился кучер с приподнятых козел; на запятках кареты стояли губастые негры. |
