Он надеялся, что Блуи не просчитается и завтра ночью.
Спайк оставил их в хижине, и Кэт повернулся к Блуи.
— Что это за «окно в Айдлуайлд»? Ты говорил про аэропорт Кеннеди в Нью-Йорке? Блуи покачал головой.
— Да нет. Теперь Айдлуайлдом называют летное поле на полуострове Гуахира в Колумбии — что-то вроде центрального аэровокзала для типов, которые занимаются нашим бизнесом. — Он отхлебнул большой глоток «Суонна». — Спайк свяжется с ними сегодня вечером с помощью своей небольшой высокочастотной радиостанции и получит для нас «окно», полчаса или около этого, чтобы мы могли приземлиться. Это такое место, где лучше, чтобы о твоем прибытии знали заранее.
Кэт кивнул.
— Я думаю слегка размяться на этой полянке. Не возражаешь?
Блуи кивнул.
— Только держись в тени деревьев. Если услышишь звук самолета, спрячься куда-нибудь. Спайк хочет, чтобы это место продолжали считать заброшенным углом Эверглейдса.
Кэт переоделся в шорты и кроссовки и вышел из хижины. Он прошел мимо ангара с открытой стеной, где над двухмоторным «Пайпером» трудился человек. Двое уже работали на сто двадцать третьем «Танго». Он дошел до поляны и побежал трусцой. Был самый полдень, липкая жара, но Кэту было необходимо размяться. Он не любил бегать — слишком много занимался этим, служа в морской пехоте. Но здесь не было бассейна, а ближайшая вода кишела совсем недружелюбными тварями.
Ему хотелось бегать еще и потому, что к нему медленно подкрадывался страх, а когда такое случается, то лучше всего двигаться. Он попытался вспомнить, когда последний раз испытывал приближение такого чувства, и понял, что, наверное, это было очень давно в военном лагере. Для Кэта физическая нагрузка всегда была лучшим средством от страха и, к счастью для молодого лейтенанта службы подготовки офицеров резерва, такого было хоть отбавляй. Да и причин для страхов разного рода было достаточно: страх перед инструктором строевой подготовки; боязнь не выполнить того, что от тебя требуют; опасение быть осмеянным перед строем; страх смерти от того, чему его подвергли — подвергли их всех — в Куантико.
Теперь он испытывал страх, который ассоциировался у него с Колумбией с тех пор, как затонула яхта. Он не хотел возвращаться туда, и особенно не хотелось ему возвращаться в одномоторном самолете с бывшим контрабандистом наркотиков. Он должен лететь туда, чтобы вернуться в Майами и отправиться в Боготу самолетом компании «Истерн Эйрлайнз». Он мог бы встретиться с Блуи позднее. Но как поступит Блуи, если оставить его здесь с десятью тысячами долларов и самолетом с новыми номерами и документами? Джим сказал, чтобы он не отдавал ему паспорт до тех пор, пока это станет совершенно необходимым. А не окажутся ли деньги и самолет еще более привлекательными, чем паспорт?
Пробежав по поляне два круга в раскаленном и влажном воздухе, Кэт еле волочил ноги. Он вернулся в хижину, принял холодный душ и прилег на несколько минут на свою койку, стараясь принять последнее, окончательное решение. Блуи потягивал пиво и читал детектив.
Наконец Кэт встал, достал свой чемодан и вытащил коричневый бумажный пакет.
— На, — сказал он, бросив Буи «Магнум-357».
Блуи поймал его и удовлетворенно кивнул.
Кэт бросил ему наплечную кобуру и патроны, затем уселся за стол в центре комнаты с девятимиллиметровым автоматическим пистолетом. Он глубоко вдохнул, открыл инструкцию и начал разбирать оружие.
Блуи оценивающим взглядом наблюдал за ним из угла комнаты.
— Тебе, видно, приходилось заниматься этим, дружище?
Кэт кивнул.
— Очень давно, несколько световых лет назад.
Он никогда не думал, что ему придется заниматься этим снова.
Кэт прикинул, что все вместе весит, по крайней мере, на десять процентов больше допустимого предельного веса самолета этой категории. |