Изменить размер шрифта - +
Красивенькие, аккуратные, небольшие, инкрустированные разноцветными каменьями, они прямо просили: «Открой меня». Да и открыл бы, кабы было чем. Но нет, для сего деяния требовался ключ, который так просто не раздобудешь, его либо с боя надо брать, надеясь на причуды рандома, либо на аукционе покупать за неподъемнейшие деньги. Причем – если повезет и они вообще будут в продаже. Возможно, через годик, когда народ со шкатулками наиграется, цена на данный девайс упадет и их можно будет приобретать за пятачок пучок, но сейчас в игре шкатулок куда больше, чем ключей, потому стоимость запредельна. И ведь берут! Сметают с прилавков мигом!

Но оно и понятно – это же, по сути, интереснейшая игра в игре, будящая азарт, который правит многими и многими. И даже досады на себя у тех, кто отдал огромную кучу золота, а после достал из шкатулки рецепт на простой меч первого уровня, думаю, нет. Игрок просто воспринимает это как данность, говоря: «Зато в следующий раз сетовая шмотка выпадет». И искренне верит в это! Что именно ему, а не кому-то другому в следующий раз удача непременно улыбнется, просто потому, что иначе быть и не может.

Воистину – блажен, кто верует.

Впрочем, там, в обычном мире, все работает точно так же. Чем от этих азартных открывателей шкатулок отличаются те, кто участвует в телелотереях, ходит на курсы бизнес-коучей и платит немалые деньги за составление натальных карт? Да ничем. Они точно так же надеются на чудо и удачу, которая с чего-то должна встать на их сторону. Хоть в чем-то. Хоть где-то.

Может, потому что если хоть за это не цепляться, то вообще верить будет не во что? Не в глобальном смысле, не в мировом, а в личном, житейском? А если верить не во что, как дальше жить? Зачем? Для чего?

Ладно, занесло меня что-то. Надо будет эту красоту Амадзе отдать, пусть в хранилище лежат. Я точно за ключами гоняться не стану, мне без них есть чем заняться. И жетоны туда же отправятся, не для меня эти маленькие игровые радости.

А вот медаль «Пустыня может спать спокойно» в специальный неубиваемый мешочек уберу, а после в личной комнате оставлю. Ей-ей, прикольная вещица. С одной стороны солнце, встающее над песками, отчеканено, а с другой – мужик в забавном шлеме с козырьком и с легкой небритостью, стоящий на фоне какой-то бочки и смотрящий вдаль, изображен. Наверное, тоже какой-то легендарный герой из местного заковыристого прошлого.

– Обмен открой, – попросил я Амадзе, а после перекинул ему вещи из своего инвентаря. – Сегодня меня уже не будет, если что – вы с Кролиной ситуацией рулите.

– С этим куда собрался? – казначей мотнул подбородком в сторону Мастера Стрекоз, который сидел на ступеньке и, щурясь, смотрел на небо. – Да?

– С ним.

– В оба гляди, – посоветовал мне полурослик. – Нет, я сейчас заботливого папу не включаю, у тебя самого, думаю, уже яйца сединой подернулись, но когда о чем-то договариваешься с такими игровыми китами, как этот, следует взвешивать не то что каждое слово, а каждую букву. Чтобы после не гадать, отчего ты перед ним весь в долгах, хоть вроде ничего взаймы и не брал.

– Знаю, – я хлопнул его по плечу, – потому без тебя и Кро ни о чем с ним договариваться не стану. Да и предупреждал ты меня об этом как-то недавно уже.

– Ну да, ну да, – покивал казначей, явно изучая полученные от меня предметы. – Прямо поверил. Ммм, хорошее колечко. Не жалко?

– Для своих – нет, – заверил я его. – Все, бывай. Да, за Гунтером наблюдай, не сочти за труд. Ему неслабо прилетело нынче, мало ли что? Система любит всякие трюки вроде «Вы не оказали НПС своевременную помощь, и он умер, репутация с орденом Плачущей Богини снижена на десять единиц».

Быстрый переход