– Завтра, – благодушно уведомил меня Зимин и закинул ноги на стол. – В девять утра автобусы отъезжают от здания, так что не проспи.

– Прямо завтра? – опечалился я. – Экая досада! Так-то у меня сегодня ночное. В Степи с варварами разбойников гонять собираюсь под утро.

– Ничего, в автобусе отоспишься, – отмахнулся Валяев. – Нам полтора часа ехать, времени за глаза. Кстати – какая Великая Степь? Тебе туда не надо. Тебе в Серые Пустоши надо, к Страннику!

– Ну извини! – возмутился я и подошел к карте, расположенной на стене. – Прикинь, но дорога туда лежит именно через них.

Так, Мируант, Мируант, где же ты тут есть? Кто ты – озеро или море? И что за тобой находится?

– Ну-ну-ну, куда?! – Зимин неожиданно резво скинул ноги со стола, подошел ко мне и задернул карту черной с золотом шторкой. – Экий любопытный!

– Да ладно, – скорчил забавную гримаску я. – Хотел просто глянуть, что находится за Великой Степью. Вон меня судьба как мотает – то туда, то сюда. Ясности хочется.

– Нет там ничего, – подтолкнул меня к креслу, где я сидел до этого, Зимин. – Там несколько лесных высокоуровневых локаций, куда игроки почти не забредают по причине свирепости обитателей и почти полного отсутствия квестов.

Значит, все же озеро.

– По сути, заготовки на будущее, – добавил Валяев. – Как на левом берегу Крисны.

– Кстати, – я налил себе коньяку и плюхнулся в кресло, – а Архипелаг-то когда запустите? Народ ждет.

– Думаю, после большого майского турнира, – ответил Зимин, – самое то. Как раз и бета-тестеры, надеюсь, к тому времени друг друга перебьют.

– Да ладно тебе. Они куда раньше управятся, – возразил ему Валяев. – От изначального состава сейчас половина осталась, и эти трое зубастые, словно пираньи. Девка особенно зла, нет для нее ни запретов, ни морали. Огонь, а не игрок! Клянусь, прямо иногда хочется ей подыграть.

– Так ты один раз так и поступил, – заметил Зимин, тонко улыбнувшись. – Кто ей черепаху на остров Трех Горилл послал? Или она сама туда приплыла? И ведь до чего вовремя, как раз тогда, когда симпатии твоей отступать стало некуда.

– Ага, значит, тоже за ними следишь! – обрадовался Валяев и даже в ладони похлопал. – А кто говорил: «Да ну, что за игры хомячков в коробке»?

– Не делай так больше, – из голоса функционера ушла ирония, он ощутимо похолодел, – никогда. Ты знаешь правила, Кит. И то, что раз за разом их нарушение тебе сходит с рук, не означает ничего. Да, локация тестовая, все, что там случится сейчас, никак не повлияет на будущее. Но игроки в ней настоящие. Живые. Потому…

– Был неправ, знаю, каюсь! – поднял руки над головой Валяев. – Ну очень уж девка хороша! Ты же знаешь, что такие, как она, мое слабое место. Они разят мое сердце вернее кончика шпаги, вернее кинжала толедской стали!

– Пустозвон. – Зимин снова закинул ноги на стол. – Лучше налей мне коньяку, дамский ты угодник! Киф, по лицу вижу, что у тебя есть что еще сказать, но ты отчего-то не решаешься это сделать.

– Ну, «не решаешься» – слишком громко сказано, – усмехнулся я, ставя опустевшую рюмку на столик. – Я сроду в робких не ходил.

– Чистая правда, – кивнул Азов. – Глуповат – это да. Неслух редкостный – тоже так.