Так и оказалось. Огромный зал, в котором наша немаленькая, в общем-то, орава выглядела уже не такой многочисленной, оказался пристанищем моих старых знакомых – нагов. И было их тут ох как много, никак не меньше двух сотен. Мало того, этой оравой руководил на редкость крупный и мордатый змеелюд, расположившийся в самом дальнем от нас углу, там, где, по идее, находился проход, ведущий дальше, в те пещеры, что сделал своим обиталищем злокозненный Саул.

Короче, классический посыл – победи и иди дальше. И, на мой взгляд, самый лучший. Просто как вспомню свой давний визит в храм Ханнумана с его ловушками, так до сих пор на душе маетно становится.

А тут вот все просто и понятно – змеелюди шипят и размахивают саблями, их лидер надрывает глотку, призывая свое воинство к смелости и безжалостности, а мы, не останавливаясь, крошим в капусту всех, кто хоть как-то отличается от нас по видовой принадлежности.

Ну как «мы»? В основном этим занимались разбойники Рахмана и игроки «Гончих», нам досталась роль чуть ли не зрителей. Нет, Мысь кого-то там подстрелила, Вахмурка пару раз махнул топором, я сам зарубил одинокого израненного нага, который каким-то образом добрался до меня, причем из него выпал жетон, посвященный Витару. Что до Хассана, то он даже саблю из ножен не вынул, а Бахрамиус так и вовсе не обращал внимания на происходящее, ездя по ушам внимательно его слушающей Лавинии. Старый хрен, поняв, что эта симпатичная девочка магичка, еще в оазисе подхватил ее под локоток, сославшись на старость и немощность, а теперь распускал перед ней хвост, как павлин, рассказывая о том, насколько полезны для начинающих советы и помощь опытных наставников. Лавиния, естественно, все поняла, но тщательно подыгрывала виртуальному любителю молоденькой девчатины, небезосновательно полагая, что здесь можно кое-какую выгоду для себя отыскать.

Впрочем, наша помощь никому была и не нужна, поскольку уже минут через пять мы покинули первый зал, оставляя за собой груды изрубленных в капусту тел нагов. Наш же отряд потерь почти не понес, не считая нескольких особо горячих и ретивых бандитов, которые под клинки змеелюдей в самом начале боя подставились.

Второй зал тоже особо ничем не удивил. Пауки. Много, много пауков, которые находились везде. Они стаями выползали из всех углов, спускались с потолка на липких нитях, выбирались из груд камней, а под конец еще и своего повелителя прислали, который, щелкая жвалами, вылез прямо из-под пола, развалив последний по кирпичику.

Основной неприятностью тут, конечно, являлся яд, которым эта пакость плевалась, брызгалась или просто его источала. Но тут спасибо магам, которые трудились в поте лица, раз за разом убирая негативные эффекты, то и дело виснувшие на игроках. Пауки все были уровнем немаленькие, потому стандартная защита благословений, наложенная на всю группу магами «Гончих» еще на старте, с их ядом не справлялась. Мне тоже прилетело «Отравление», активно пожиравшее мои запасы жизни, спасибо волосатому чудовищу, харкнувшему в меня тогда, когда меч с хрустом вскрыл его грудь. Нет, убить меня этот дебаф не смог бы, благо запас жизненной энергии велик, но все равно на фиг надо.

Потом был зал с какими-то совсем уж экзотическими тварями с шакальими головами и телами, поросшими зеленой шерстью, тут за мечи пришлось браться всем, поскольку жизнь из этих невысоких, но очень опасных в драке крепышей уходила только тогда, когда ты им голову отрубишь.

Что любопытно, отчего-то битва с ними крайне воодушевила Гунтера, его клинок блистал в полумраке зала подобно молнии, а крики «Умри, исчадие тьмы!» и «Отправляйся в небытие, поганая тварь!» перекрывали прочий рык, рев, лязг и хрип.

Зарубил нескольких шакалоголовых и Хассан ибн Кемаль. Вот только я, если честно, даже не заметил, когда он сделать это успел. Вроде он как стоял, на нас смотрел, так с тех пор и не двигался.