|
В ней стояли розовые, красные и желтые розы, гладиолусы, гвоздики, хризантемы и ирисы. Кто-то явно и, надо сказать, довольно вульгарно пытался выказать свое расположение ко мне. Все коллеги уставились на меня так, будто я пришла на работу нагишом. Особенно миссис Браун: она с трудом сдерживала улыбку. Я решила подождать, когда все уйдут, и потом уже открыть конверт, вставленный в букет. Да уж, как же! Скорее дубы научатся танцевать вальс. Может, Джеймс сошел с ума? Или это Бас?
Я взяла незапечатанный конвертик, внутри которого лежала открытка. Странно, обычно в цветочных магазинах строго следят за тем, чтобы никто не мог прочитать такие послания. Не думаю, конечно, что кто-то в него заглядывал, ведь все, кто работает в нашем отделе, глаз не спускают с этого букета. Чем-то это похоже на телевизионную игру, в которой единственная промашка может стоить тебе миллиона фунтов. Еще две секунды, и вдруг – дзынь! – и ты покидаешь студию с картофелечисткой и пятью монетами. «Хорошо. В шесть. Т. 3. К.». И кто же это, черт побери? Потом я поняла. «Ты знаешь кто». Я сама так подписала письмо с извинениями, которое посылала Джеку Ховарду. А я еще думала, что у него нет чувства юмора. Нельзя было не рассмеяться. Я встала и помахала открыткой. – Этот букет послала мне моя старая тетушка. Она забыла, когда у меня день рождения. Ее зовут Тильда Зульфия Кенти. Как мило с ее стороны, правда? Мелоди подошла к моему столу и потрепала меня по руке: – Это очень красивый букет, милочка, хотя, надо сказать, у твоего кавалера довольно оригинальный вкус. Ты удивительный человек. Увидимся завтра. Все засмеялись, когда я произнесла свою речь, и, конечно, никто не поверил моим объяснениям. Все стали расходиться по домам. Тут пришла Флора. – Слушай, Кэрон, что происходит? Я пришла специально, чтобы посмотреть на цветы, которые тебе прислали. – А как ты узнала об этом? – Наверное, сегодня все сотрудники универмага звонили мне, чтобы узнать, работает ли у нас человек с инициалами Т. 3. К. – Она придвинула поближе стул Мелоди и уселась на него. – И кто же их прислал? – Думаю, Т. 3. К. значит «Ты знаешь кто». Я подписалась именно так, когда посылала письмо Ховарду. А сегодня утром я опять написала ему и предложила пойти на выставку Мервина вместо похода в театр. Разумеется, я не говорила, что это его выставка. – Я знаю, что ты написала. – И Флора дословно процитировала текст моей записки. – Черт! Скоро компаниям, которые занимаются телекоммуникациями, придется уйти с рынка, потому что у них появился такой сильный конкурент, как коллектив универмага «Чемберс Эмпориум»! А Ховарду стоит поискать менее болтливую секретаршу. – Да нет, это не она. Может, это те, кто работает в почтовом отделении? – Она потрогала цветы. – Вот тебе доказательство того, что я была права. Он влюблен по уши. – При чем здесь любовь, Флора? Джек меня разыгрывает. Только посмотри на эти цветы! – Я кивнула на букет. – Он такой огромный, что просто удивительно, как это цветы не пробили крышу и не торчат в небе, мешая самолетам! – Я вижу самый прекрасный букет, какой только можно представить. Ховард гораздо лучше, чем мне казалось. Если он сделает мне предложение, я его приму. Господи, Кэрон, ты что, с луны свалилась? – Поверь мне, Флора, дело не в том, что он влюблен в меня. Вспомни, мы ведь едва знакомы! Тем не менее у Джека было время понять, что мне такие вещи не нравятся. Хотя я допускаю, что была не права насчет того, что у него нет чувства юмора. Да у него просто восхитительное чувство юмора, подумала я про себя. Мне это нравится. Флора засмеялась: – Думай что хочешь. |
