Мы собирались встретиться с Флорой, чтобы пообедать вместе, но, как только начался обеденный перерыв, нам позвонила секретарша мистера Чемберса и попросила немедленно зайти в его кабинет.

Мы вышли в коридор, и Мервин, посмеиваясь, сказал:

– Это или прорыв, или провал.

– Разве нет третьего варианта? – с надеждой спросила Флора.

Мы засмеялась, и она тоже захихикала, делая вид, что это была шутка.

Кабинет президента был очаровательно старомодным: стены были обиты дубом, на них висели картины, а в углу стоял кожаный диван и два кресла. Еще там был большой стол для совещаний. Если мебель отражает характер хозяина, то Чемберс вполне мог оказаться старым ворчуном, который никогда в жизни не согласится с тем, что витрины требовали некоторой… ммм… доработки.

– Садитесь. Садитесь, пожалуйста. – И, обращаясь к секретарше, он добавил: – Принеси нам, пожалуйста, кофе, Джо.

Мы осторожно сели на высокие стулья и уставились на Джима Чемберса, который разместился в огромном директорском кресле за своим письменным столом. Я успокоилась: было заметно, что он изо всех сил старается подавить улыбку.

– Прежде всего хочу поблагодарить вас за то, что вы согласились поработать на выходных. Я ценю вашу помощь. Вы поступили прекрасно.

Он замолчал. Пауза продолжалось так долго, что Флора уже начала ерзать на стуле, видимо, полагая что это все и что теперь мы можем идти. Затем нам принесли кофе (на серебряном подносе!). И еще там была тарелка с печеньем. Мы с Мервином взяли сразу несколько штук и рассовали их по карманам.

– Что ж, – продолжил президент, – мне бы хотелось еще раз прибегнуть к вашей помощи. Как вы уже знаете, у нас произошел небольшой инцидент. Или случай, если вам угодно. Не могли бы вы прочитать пресс-релиз, который мы подготовили для прессы, и сказать мне, если что-то покажется вам не совсем верным.

Секретарша раздала нам копии и вышла из комнаты. Вот что там было написано:

«Мы бы хотели поблагодарить прессу, общественность и наших постоянных покупателей за то, что они так тепло приняли изменения в имидже нашего магазина. Предполагалось, что новый образ станет сюрпризом, поэтому трем нашим сотрудникам была предоставлена полная свобода действий, и они оформили витрины, работая сверхурочно. Разумеется, нам пришлось пойти на риск, но компания „Чемберс Эмпориум" была всегда известна своими новаторскими идеями. Особо хотим подчеркнуть, что только наши покупатели могут решать, где и как им носить одежду, купленную в нашем магазине».

– Последнее предложение должно рассмешить людей, – важно сказал мистер Чемберс. – В надлежащее время я сам выступлю перед прессой и на телевидении. Итак, вы видите какие-нибудь неточности?

– По-моему, этот пресс-релиз прекрасно описывает то, что произошло, – громко ответила я.

Мервин согласился со мной. Мы посмотрели на Флору.

– Я тоже. Я хочу сказать, я тоже так думаю, – пискнула она.

Мистер Чемберс явно расслабился. Потом он засмеялся:

– Что ж, я считаю, что журналисты немного преувеличивают, говоря о том, что универмаг был старомодным. Тем не менее вы оказали компании большую услугу. Поэтому вам полагается премия. – Он помедлил, а потом продолжил: – Премия будет довольно внушительной, так что не стоит экономить на рождественских подарках.

Мы поблагодарили его, и он добавил: – Кроме того, я уверен, что после аттестации, которая проходит раз в полгода, все вы можете рассчитывать на повышение зарплаты. У вас есть какие-нибудь вопросы?

Я хотела спросить, что значит «внушительная премия», говоря нормальным английским языком, но не осмелилась. И наверное, это был неподходящий случай для того, чтобы заверить мистера Чемберса, что мне очень понравилось посылать ему письма, имея такого посредника, как Мелоди.