Она улыбнулась:

– А все-таки, видимо, так оно и было. Вчера вечером он позвонил мне домой.

– О нет! Только не говорите, что теперь мне придется печатать письма!

– Нет-нет, милочка. Об этом не может быть и речи. Я сказала ему, что тебе можно доверять.

– И все? Я могу продолжать заниматься тем же, чем и раньше? – Здорово, когда судьба посылает тебе нежный поцелуй!

– Да, дорогуша. Еще он сказал, что ты правильно сделала, когда решила написать ему, и что ты можешь сделать это еще раз, если в этом будет необходимость. Поэтому я и подумала, что в твоем письме было что-то необычное. К тому же он сказал, что хотел бы, чтобы мы никому не рассказывали о нашей маленькой тайне. Никогда бы не подумала, что речь действительно шла о балансовых отчетах.

Я совершенно успокоилась. Очевидно, я ошибалась, думая, что в компании запахло жареным. Значит, миссис Браун не будет заставлять меня печатать письма! С другой стороны, если некоторые нестыковки в бухгалтерской отчетности были обыкновенными ошибками, то почему Чемберс велел мне помалкивать о том, что я заметила? Одно дело – посылать секретные документы Мелоди, и совсем другое дело – приказывать какой-то бухгалтерше, которую ты даже в глаза не видел, держать рот на замке, а ушки на макушке. Очень похоже на то, что президент хочет перехитрить кого-то из тех, кто работает на последнем этаже. Я даже начала беспокоиться: ведь кабинет Джеймса (он же финансовый директор!) находился под самой крышей.

На следующее утро Флора разбудила меня в шесть часов утра. В руках у нее была чашка чая.

– Спасибо за чай, милая, но разве ты не знаешь, что это противозаконно – будить человека в субботу утром?

– Мы идем по магазинам.

– Но мы же не можем туда пойти, пока их не откроют, не так ли?

– Подождем у дверей, пока откроют.

Спорить было бесполезно. Все равно я уже проснулась. Со стороны Флоры было очень любезно запретить Эвелин лезть в ванную, пока я ею не воспользуюсь. Таким образом Флора хотела отблагодарить меня за то, что я согласилась составить ей компанию. Забавно, что люди то дают тебе пинка, то гладят по головке.

Прежде всего мы решили зайти в наш родной универмаг на Оксфорд-стрит. И это в выходной день! Позор! Я потащила Флору в отдел косметики, она же взволнованно шептала:

– Не думаю, что могу позволить себе это, даже со скидкой…

– Цыц!

Я была незнакома с девушкой, которая работала в этом отделе. Дело в том, что ее рабочее место находилось в стороне от самой короткой дороги к бухгалтерии, по которой я пробегала каждое утро. Она была элегантно одета, красиво накрашена и очень похожа на модель. Флора знала ее и представила нас друг другу.

– Кажется, услуги визажиста предоставляются бесплатно? Это как раз то, что нам нужно.

Девушка усадила Флору на кресло и накрыла ее плечи большой белой салфеткой.

– Как мне вас накрасить?

– Так, чтобы со стороны казалось, что сегодня Флора вообще без макияжа.

– А, понятно. То есть «Абсолютно натуральный и естественный модный макияж номер четырнадцать»?

Кажется, Флора почувствовала недоброе.

– А номер один в таком случае как называется? – обеспокоенно поинтересовалась она.

– «Первый бал».

– А у вас есть какой-нибудь специальный макияж для тех, кто отправляется на художественную выставку? – взволнованно спросила Флора.

– «Национальная галерея» и «Тейт галерея». Выбирайте.

Я повторила:

– Надо, чтобы она выглядела естественно. Слушай, Флора, пусть лучше мужчины думают, что мы будем выглядеть еще лучше, если чуть подольше постоим у зеркала, и не знают, что все возможное уже сделано.