– Куда уезжает, он не сказал. А вот насчет мальчика... Тут я затрудняюсь. Говорю вам, я не любопытная особа. Чем занимаются мои жильцы – не мое дело. Платили бы только вовремя. Постойте, постойте... Я припоминаю, что Энос что-то говорил о новой женитьбе.

Блисс отпрянула, словно от удара. Так вот что заставило Эноса Холмса уехать так поспешно! И буквально за два дня до их приезда...

– А вы не знаете имя женщины, к которой собирался уехать Энос? И еще: она бывала здесь?

– Нет, женщины у Эноса никогда не бывали. Хотя... Сами знаете; люди приходят, люди уходят, жильцы меняются... Нет, ничем не могу вам помочь.

Считая разговор законченным, толстуха с новой силой принялась махать свое метлой – так, что едва не смахнула Блисс с площадки. В воздух поднялись тучи пыли.

– Может быть, вы все-таки еще хоть что-то вспомните? – с мольбой обратилась Блисс к хозяйке. – Я дам вам за это золотой. Вы видели мальчика? Он здоров?

– А где золотой? – подозрительно покосилась толстуха.

Блисс молча, не оглядываясь, протянула раскрытую ладонь Фолку, и тот положил в нее золотую монету, которую Блисс в свою очередь протянула хозяйке.

– Вот деньги. Говорите, что вы еще помните! Толстуха взяла монету, внимательно осмотрела ее, попробовала на зуб и опустила за пазуху.

– Когда Энос выезжал, мальчика с ним не было. А так мальчишка здоров. Да он, кажется, и не болел никогда. Только вот отношения у них в семье были всегда так себе, насколько я знаю. Пока была жива Мэг Холмс, она заботилась о мальчике, а как ее не стало, все заботы легли на Эноса. После смерти Мэг жизнь у мальчишки стала трудной. – Она вздохнула и покачала головой. – Но им каждый год приходили деньги. Большая сумма. Мне всегда казалось, что кто-то присылает их на содержание мальчика. Вот, пожалуй, и все.

– Значит, куда уехал Энос, вы не знаете?

– Не имею ни малейшего представления. Надеюсь, он не задолжал вам, а? Энос так поспешно съехал, словно за ним черти гнались.

– Возможно, он отвез мальчика в Новый Орлеан, твоему отцу, – вступил в разговор Фолк. – Я полагаю, что нам тоже нужно поехать туда. Если Энос собрался жениться, он первым делом должен был избавиться от мальчишки.

Надежды Блисс рушились одна за другой. В словах Джеральда был здравый смысл, но все же сердце подсказывало Блисс, что не нужно торопиться.

– А есть в Мобиле какой-нибудь приют, куда Энос мог бы отдать мальчика? – спросила Блисс у хозяйки.

– Нет. Такого заведения в нашем городе нет, – ответила та и вновь принялась махать метлой.

– Здесь мы больше ничего не узнаем, – решительно заявил Фолк и повел Блисс вниз по ступеням. – Я уверен, что мальчишка разыщется в Новом Орлеане.

– Энос мог просто выгнать его на улицу, – заметила Блисс.

– Не думаю, чтобы он решился на такое. Эносу нужны деньги, и твой отец – его единственный шанс получить их. Не станет Энос резать курицу, которая несет ему золотые яйца. Пойдем. Если поторопимся, успеем сняться с якоря с вечерним отливом.

– Нет. Сначала я обыщу город, – упрямо возразила Блисс. – А вдруг мой сын побирается сейчас возле какой-нибудь, пивнушки?

Джеральд подчеркнуто вздохнул, но Блисс не обратила на его вздох никакого внимания.

– Ну хорошо, – неохотно согласился Джеральд. – Пусть эта милая женщина опишет мне приметы мальчика, и я пошлю своих людей прочесать все улицы.

Они снова поднялись по лестнице и снова принялись расспрашивать хозяйку.