— Да, но не волнуйся об этом, тетя. Ему не позволено войти.

Каролина подняла вверх подбородок, и на ее щеках появились обычные при упоминании о Россе тени гнева.

— Без сомнения, не позволено. Я не позволяю ему входить в этот дом уже двадцать лет. Не позволю сделать это сегодня.

— Зачем здесь Данжермон?

— Он хочет поговорить с тобой о… — Она замолчала, прижав маленькую руку к губам, как будто сражалась со своим мозгом, подбирая слово, менее травмирующее, чем слово «убийство». — Ситуации. Он думал, что ты будешь спокойнее при отсутствии шерифа Кеннера.

— Ну-у-у…

Лорел было просто необходимо сконцентрироваться на чем-то земном, поэтому она отложила свою сумку в сторону и потянулась за оставленной для нее на столике в холле почтой. Ей казалось неправильным, что в такой день она получает почту, но почты работают и в дни личных трагедий. Было письмо из Атланты, от ее прокурора. Счет из больницы. Веленевый конверт цвета слоновой кости с адресом, выписанным элегантным курсивом. Она как можно осторожнее постаралась открыть его и вытащила приглашение.

«Лига женщин-избирателей Партаут Пэришо сердечно приглашает на обед с почетным гостем — окружным прокурором Стефаном Данжермоном в субботу вечером… Май, двадцать третье.

Загородный гольф-клуб «Вистерия»

Коктейль с 7 до 8».

И вот с лужайки, весь дыша спокойствием, появился он сам.

— Не скажу, что мне приходилось видеть Росса в таком состоянии, — сказал он. Его взгляд упал на Лорел. — Он и Саванна были близки?

— По манере говорить, — проворчала Лорел, кидая приглашение обратно на стол. — Вы хотели поговорить со мной, Данжермон? — спросила она, слишком измотанная, чтобы выдержать даже маленький разговор. — Я совсем не хотела бы быть грубой, но не могли бы мы начать? Мне бы очень хотелось завершить этот день.

Он склонил свою голову, как принц, дарящий ей встречу, и направился в кабинет Каролины, приглашая ее следовать за ним. Он занял трон командующего, стоящий за дамским столиком. Однако это придало ему еще более мужественный вид. В янтарном свете лампы его сексуальность окружала его подобно священной ауре.

Лорел ходила вдоль книжных полок, слишком утомленная, чтобы просто стоять на ногах, и слишком возбужденная, чтобы присесть. Она чувствовала, что его глаза преследуют ее, но не сделала попытки повернуться и увидеть их.

— У вас есть вопросы? — попробовала она начать разговор.

— Как ты, Лорел?

От такого вопроса она похолодела. Она вскользь посмотрела на него.

— А как я должна себя чувствовать? Моя сестра убита. Убийца играет со мной в кошки-мышки. Мне это не кажется приятным времяпрепровождением.

Он изучающе посмотрел на нее немного дольше, чем она могла это вынести даже при обычных обстоятельствах. Под его взглядом она чувствовала себя недокормленной и плохо одетой, она попыталась подавить в себе желание поправить волосы, но вместо этого поправила очки. Сидя за столом, он походил на красивого, заслуживающего доверия ведущего ночной программы новостей, прямого и высокого, пиджак подчеркивал ширину его плеч, падающий свет красиво оттенял его правильные черты.

— Кажется, ты со всем хорошо справляешься, все смогла предусмотреть.

У Лорел вырвался короткий циничный смешок, она ходила от одного стула, покрытого зеленым вельветом, к другому, жалея о том, что не курит, тогда, по крайней мере, хоть на минуту она могла найти успокоение, чем-то заняв руки.

— Не боитесь казаться недоверчивым, — сухо сказала она.

— Мне кажется, что вы сильнее, чем отпущенный себе самой кредит, — пробормотал он.