– Иди, – негромко сказала она. – Ведь это, наверное, твой долг.

Венеция не слишком хорошо понимала, что происходит вокруг, вся еще во власти великолепного дня, проведенного вместе с Хэзардом. Забава выглядела совершенно безобидной, и она приветливо улыбнулась двум старухам.

– Ты в самом деле не возражаешь? – Хэзард посмотрел на нее серьезными черными глазами – знакомый с ее неукротимым темпераментом, он решил проявить осторожность.

– Нет, я правда ничего не имею против. Иди. Этого все от тебя ждут.

К двум старухам присоединилась третья, и все они отчаянно жестикулировали и что то выговаривали Хэзарду высокими тонкими голосами.

– Ты уверена? – повторил Хэзард, не желая ссориться с Венецией.

– Иди.

Неутомимый Волк тоже что то быстро сказал, Хэзард ответил ему целым потоком слов на родном языке и только после этого позволил себя увести.

– Почему Хэзард никак не хотел уйти? – удивленно спросила Венеция у Неутомимого Волка.

– Видите ли, это не совсем обычный танец. Во время него принято целоваться. – Неутомимый Волк смущенно передернул плечами. – Хэзард не хотел оскорбить вас, но, понимаете, он всегда пользовался большим успехом…

– Я, честное слово, не оскорблена. Мне не нужны больше никакие объяснения. – Венеция окинула танцующих взглядом дамы патронессы. – Все хотят понравиться ему, верно?

– Черный Кугуар лучше всех, – спокойно ответил Неутомимый Волк. – И всегда был таким.

Венеция увидела, как Хэзард снял с шеи изумительное ожерелье из медвежьих зубов и украсил им шею удивительно красивой юной девушки. Эта маленькое гибкое создание посмотрело на Хэзарда с таким обожанием, что терпимость Венеции дала первую трещину. Она почувствовала, что начинает злиться. Когда же темная голова Хэзарда опустилась и он привычным жестом обнял девушку за талию, от ее христианского терпения и снисходительности к играм язычников не осталось и следа. Это был долгий поцелуй – по мнению Венеции, непозволительно долгий.

– Кто эта девушка? – требовательно спросила она и увидела, что Неутомимый Волк почему то занервничал.

– У нас не принято говорить о мертвых, – прозвучал странный ответ.

– Сделай ради меня исключение! – бросила Венеция не терпящим возражений тоном.

Неутомимый Волк вздохнул.

– Это младшая сестра Черной Голубки.

– И кто такая Черная Голубка? Одна из его бывших подружек?

– Это первая жена Хэзарда.

Горячие слезы внезапно выступили на глазах Венеции – слезы обиды, гнева и унижения. Она почувствовала, как у нее сдавило горло от рыданий, которые она пыталась удержать. Чтобы не уронить своего достоинства перед теми, кто пристально следил за ней, она развернулась и метнулась в темноту, окружающую импровизированную площадку для танцев.

Неутомимый Волк помчался за ней, но она проскользнула между двумя женщинами и скрылась из глаз. Он не мог громко окликнуть ее, позвать: ему не хотелось устраивать сцену. Слова Хэзарда эхом отдавались у него в ушах: «Следи за Синим Орлом». Перед тем как броситься догонять Венецию, Неутомимый Волк посмотрел на то место, где весь вечер стоял Синий Орел. Там никого не было.

Хэзарду наконец удалось вырваться из объятий Голубого Цветка. Он собирался поцеловать ее дружеским поцелуем, чтобы только угодить старухам, но, к несчастью, Голубой Цветок думала совсем о другом. Она явно была готова отдаться ему. Хэзард выдавил из себя вежливую улыбку и слился с толпой. Вздохнув с облегчением, он тут же стал искать глазами Венецию, но увидел только Неутомимого Волка, который расталкивал плотное кольцо танцующих. Хэзард сразу понял, что что то случилось.