– Это очень милый обычай – и удивительный для народа воина. Я не могу представить себе белого мужчину, который стал бы причесывать свою жену.

– Жизнь воина не лишает его чувствительности. Мне, например, белые люди всегда представлялись варварами. Видишь, – с неловкой улыбкой добавил он, – у нас тоже есть свои предрассудки. – Хэзард отложил гребень и взял Венецию за руку. – Идем, мы опаздываем. Там уже собралась половина деревни, и я как вождь должен был явиться намного раньше.

– Мне придется танцевать? – это был ее первый светский выход в местном обществе, и Венеция чувствовала себя неуверенно.

– Ничего страшного, – беззаботно отозвался Хэзард. – Танцевать ты умеешь. Я видел тебя в Виргиния сити.

– Это совсем другое дело!

– Я тебе покажу необходимые па, – он подтолкнул ее к выходу.

И вот под лимонно желтым светом луны, украсившей собой бездонное ночное небо, Венеция Брэддок, уроженка Бостона, положила руки на крепкие плечи своего возлюбленного. Почувствовав его пальцы на талии, она неуверенно заскользила в медленном ритме «танца совы».

Поверх головы Венеции Хэзард порой ловил взгляды Синего Орла, того самого храбреца, о котором говорила Маленькая Луна. Он не танцевал, а стоял в темноте, в нескольких ярдах от круга танцующих, и не сводил с Венеции глаз. Хэзард знал, что юность напоминает огонь, неукротимый и опасный. Знал он и то, что Синий Орел не прочь сразиться с ним за место вождя клана. Ему стало ясно, что следует приглядывать за ним – и за Венецией тоже, если Синий Орел и в самом деле задумал украсть ее.

Барабаны зазвучали громче, ритм стал быстрее, оповещая о начале нового танца, и по толпе танцующих прокатилась волна возбуждения. Этот танец был недавно завезен к ним из племени хидаца. Речные абсароки пребывали в некотором удивлении, когда увидели его впервые: ведь мужчины и женщины во время этого танца целовали друг друга на виду у всех. Однако для летней охоты танец подходил как нельзя лучше, и молодые женщины восторженно приняли его, потому что вокруг было так много красивых мужчин. Они начали образовывать цепочку, как только барабаны забили быстрее.

– Что происходит? – спросила Венеция, увидев, как женщины выстраиваются в ряд, и почувствовав всеобщее оживление.

– Это новый танец, но ты оставайся рядом со мной: ты не умеешь его танцевать. – Хэзард твердо обнял ее за талию и, повернув голову к стоящему рядом Неутомимому Волку, негромко сказал на языке абсароков: – Пригляди за Синим Орлом. Я не хочу, чтобы он подошел сюда.

К этому времени женщины окружили группу мужчин и, танцуя, двигались вокруг них. В центр вышел глашатай и крикнул:

– Молодые люди, дарите подарки женщинам, которые вам нравятся, и целуйте их! Если в вашем сердце больше чувств и вы хотите жениться на вашей избраннице, подарите ей лошадь.

Один из молодых воинов первым выбрал красивую девушку. Он подарил ей вышитое бисером одеяло и поцелуй. Вскоре в танце участвовали все. Некоторые мужчины дарили раскрашенные палочки, символизирующие лошадей, и если девушка принимала такую палочку, то они становились мужем и женой. Некоторые женщины отказывались от подарков, ожидая, пока к ним подойдет тот мужчина, который им нравится. Очень скоро все молодые люди приятной наружности танцевали, целовались и веселились от души.

Вскоре Венеция начала замечать удивленные взгляды, которые многие бросали на Хэзарда. Очевидно, вождь клана тоже должен был принять участие в танце. Наконец к нему подошли старые индеанки и начали что то настойчиво ему говорить. Хэзард покачал головой, и Венеция решила, что не должна мешать ему.

– Иди, – негромко сказала она. – Ведь это, наверное, твой долг.

Венеция не слишком хорошо понимала, что происходит вокруг, вся еще во власти великолепного дня, проведенного вместе с Хэзардом.