На мгновение подняв на него глаза, Венеция спросила:

– Поцеловать ли мне тебя еще раз? Моему вассалу это понравилось?

Хэзард опустил веки.

– Мне это нравится так же, как дыхание, миледи, – прошептал он и, запустив пальцы ей в волосы, притянул ее к себе.

Через некоторое время Венеция снова отодвинулась и посмотрела на него.

– А теперь мне хочется ощутить тебя внутри… – медленно произнесла она, ее лицо порозовело от страсти.

– Что ж, вполне закономерное желание, – Хэзард улыбнулся, чувствуя, как колотится его сердце. – Вы желаете это исполнить стоя или… там, где вы находитесь сейчас?

– Здесь, – прошептала Венеция и откинулась назад, полузакрыв глаза.

Опустившись перед ней на колени, Хэзард развел ее ноги в стороны.

– Вы очень добры с прислугой, миледи, – прошептал он, лаская ее бедра. Его руки казались особенно смуглыми на ее белой коже.

– Я передумала! – внезапно заявила Венеция, когда его пальцы коснулись нежных лепестков под рыжими влажными кудряшками. – Я больше ничего не хочу.

Хэзард нахмурился.

– А вы не боитесь восстания рабов, бостонская принцесса?

Венеция чуть приподняла одно плечо.

– Что ж, тогда, может быть, чуть чуть, – величественно согласилась она, словно делая одолжение.

Глаза Хэзарда потемнели.

– Чуть чуть… Это вот так, миледи? – поинтересовался он, придвигаясь так, чтобы его напряженная плоть касалась ее трепещущих лепестков.

– Гмм…

– Или вот так? – он вошел в нее немного.

Глаза Венеции закрылись; она чувствовала, как он заполняет ее лоно, и удовольствие, подобно опиуму, затуманило ее мозг.

– Ну что, миледи? – лениво протянул Хэзард, отстраняясь от нее. – Этого достаточно?

Глаза Венеции тут же распахнулись.

– Нет! – запротестовала она и потянулась к нему. Хэзард послушно вошел в нее снова, проникая еще глубже, чувствуя, как ее мускулы крепко обхватывают его. Но, услышав ее приглушенный крик, он тут же отстранился.

– Желаете еще, миледи? – хрипло спросил Хэзард, вглядываясь в ее лицо.

– Да… – Венеция сделала движение бедрами, чтобы вернуть восхительное ощущение наполненности. – О да!

– А вот теперь, биа кара, – прошептал Хэзард, легко касаясь ее губ, – раб становится господином. Мне что то больше не хочется. Может быть, попозже.

– Хэзард! Я пристрелю тебя, бессовестный негодяй!

– И что же ваше высочество станет делать потом? – поддразнил ее Хэзард. – Когда ваше горячее нежное тело начнет просить ласки, когда вы вспомните, как вам было приятно чувствовать меня в себе… Что же вы тогда станете делать?

– Я найду кого нибудь еще!

– Но будет ли он знать, как коснуться вас вот здесь? – Рука Хэзарда скользнула между ее бедрами, и Венеция застонала. – А будет ли он знать о том, как ваши груди покрываются мурашками, когда я легонько покусываю их? Не слишком сильно… – его губы тут же коснулись ее напряженного соска, – а как раз так, как нужно? – его острые зубы слегка сжали розовый сосок.

– Прошу тебя, Джон, не дразни меня! Я хочу чувствовать тебя…

– Вот так? – спросил он.

– Да, – вздохнула Венеция.

– И вот так?

– О господи, да… – Все закружилось у нее перед, глазами.

– В таком случае ты, красавица, должна делать то, что я скажу, иначе я не дам тебе того, чего ты хочешь. – Его глубокий бархатный голос обволакивал ее.