С этим Неутомимый Волк не мог не согласиться. Все абсароки знали, что Хэзард способен предвидеть будущее, и его видения всегда давали ему власть над людьми и силу его клану. Много лет назад, еще мальчиком, он задремал на Волчьей горе и увидел, как белые люди идут за золотом, увидел всадников с палками, стреляющими огнем, и покрасневшее от крови солнце. Потом в небе появился красный орел верхом на черном кугуаре, и Хэзард услышал, как духи сказали ему: «Золото поможет твоему клану и принесет ему процветание. Слушай и учись, а когда придет время, иди за нами. Мы даем тебе вот это, чтобы у тебя была власть». И когда Хэзард пришел в себя на Волчьей горе, он нашел рядом с собой рыжее орлиное перо и клочок черной шерсти кугуара.

– Что ж, желаю удачи, – сказал Неутомимый Волк. Хэзард поблагодарил его кивком головы.

– Теперь давай займемся золотом. Нужно побыстрее уложить его в седельные мешки: солнце уже встает.

Они поспешно спустились к шахте и принялись за работу.

– Ты приедешь домой на летнюю охоту? – осторожно спросил Неутомимый Волк, наполняя цветной кожаный мешок золотым песком.

– Я собирался, но… – Хэзард помолчал. – Но теперь, когда здесь женщина, наверное, приехать не удастся.

– Можешь привезти ее с собой.

– Я бы не хотел.

Неутомимый Волк внимательно посмотрел на своего друга. После Черной Голубки женщины в жизни Хэзарда существовали только для того, чтобы доставлять ему удовольствие. Почему же не привезти с собой эту?

– Мы все в лагере привыкли к бледнолицым, – дипломатично заметил он. – Никто не придаст этому значения, – Неутомимый Волк улыбнулся, – кроме твоих подружек, разумеется, которые ждут не дождутся твоего возвращения.

– Все решат, что она моя любовница, – запротестовал Хэзард.

– А она ею, конечно же, не является, – съязвил Неутомимый Волк. – Или, во всяком случае, не все время, – добавил он с иронией.

– Она больше вообще ею не является! – Хэзард бросил на улыбающегося друга свирепый взгляд.

– Ладно, ладно. Но боюсь, что тебе будет нелегко блюсти обет воздержания рядом с ней, Черный Кугуар.

– Мне не нужно, чтобы кто нибудь беспокоился о моих отношениях с женщинами, Неутомимый Волк, – голос Хэзарда зазвучал сурово. – Помни о золоте.

– Вопрос в том, сможешь ли ты не забыть о нем… Хэзард промолчал, но уже его молчание было ответом. Спустя некоторое время все золото было упаковано, караван нагружен, и Неутомимый Волк двинулся в обратный путь по горной тропе, известной только индейцам.

10

– Кто это был? – спросила Венеция, когда Хэзард вернулся в хижину.

– Мой брат, – он произнес это слово сначала на своем наречии, потом по английски.

– У вас большая семья?

– Нет. Я был единственным ребенком и всегда жалел об этом.

Венеция удивленно подняла брови.

– Но если он ваш брат…

– В нашем племени такая традиция. Мы называем родственников жены братьями и относимся к ним так же.

– Вы женаты? – Венеции не удалось скрыть своего замешательства.

– Сейчас нет, – Хэзард произнес эти два слова очень медленно, словно сам не был уверен в их реальности.

– Что это значит?! – Венеция была так поражена этим неожиданным и так неуверенно произнесенным заявлением, что вскочила с кровати и теперь стояла перед Хэзардом, завернувшись в одеяло, словно в королевскую мантию. – Сейчас нет? Как удобно! Может быть, это было вчера, может быть, будет завтра, но не сейчас? – Ее взгляд стал презрительным. – Мне следовало догадаться.