— Вот и отлично, — сказал я, как бы подводя итог, — в таком случае отсчитайте мне двадцать кредиток и работа ваша.

Ну, тут-то и началась торговля. Подрядчики просто обожают этот нудный процесс. Но и я в этом деле поднаторел достаточно. В конце концов мы сошлись на десяти кредитках. Я протянул руку в ожидании причитающихся денег.

— Но ваша доля не может быть выплачена до тех пор, пока ваш финансовый отдел не переведет денег на наш счет, — охладил он мой пыл. — Знаете, о вас тут ходят самые различные слухи. — Он улыбнулся все еще достаточно дружески. — За работу я примусь немедленно, и месяцев через шесть вы получите свои десять кредиток.

Сейчас я уже не мог аннулировать контракт. Откажись я от него, и это разоблачило бы слишком явное желание получить взятку.

Подрядчик ушел.

Признаться, после этого у меня остался какой-то горький осадок, но я все же уселся за свой стол. Только из чувства справедливости я не заверил приложением удостоверения счет первого подрядчика, присланный за ремонт крыши. Следует, иногда напоминать им, кто здесь хозяин! У офицера должны быть четкие представления о чести. Даже если офицер этот служит в Аппарате.

ГЛАВА 4

Несколько раз за это время я уж было совсем собирался направиться в ангар, посмотреть, что там творится у Хеллера, но каждый раз острый приступ боли в желудке останавливал меня. Но боль болью, а голод одолевал меня все сильнее, и в один прекрасный момент я бросил все и вышел к своему аэромобилю.

Там меня ожидало поразительное зрелище — мой водитель вы тащил из аэромобиля мои вещи и все накопившееся там барахло и занялся мойкой машины. Мытье машины — вещь совершенно невиданная. Раньше он никогда этого не делал. Более того — он даже разложил и развесил мои вещи вокруг машины, чтобы выветрить запах помойки. При этом он насвистывал какую-то мелодию, пока не увидел меня.

— Вы сейчас полетите к Хеллеру? — спросил он.

У меня начался приступ боли. Немного переждав, я отрицательно покачал головой. Тут я сообразил, что мог бы послать туда его. Но Хеллер наверняка сунул ему целую кучу денег, а про две кредитки водитель просто наврал. Нет, так я ничего не добьюсь. А состояние у меня было такое, что тут не до драки.

Я запретил ему даже приближаться к ангару. Хеллер уже посылал его на базу Флота за моющими средствами. И кто может сказать, с какими еще поручениями Хеллер вздумает послать его туда на этот раз? Мне даже пришло в голову, что лучшим для меня выходом было бы просто взять и умереть, чтобы хоть как-то положить конец всему происходящему. По крайней мере это было бы лучше, чем пассивно дожидаться, пока все не всплывет наружу и расплата не обрушится на мою голову. Вопервых, они наверняка разоблачат в конце концов Крэк. Вовторых, Ломбар поймет, что мы никуда не улетели. А помимо этого, в любой момент могут нагрянуть инспектора Короны. И я совершенно бессилен хоть как-нибудь предотвратить это. И на кой ляд сдалась мне эта лестница на крышу? В моем положении наилучшим выходом было бы просто выброситься из окна и раз и навсегда покончить со всем.

Я вернулся в контору. Несмотря на огромный по списочному составу штат, занимали мы всего несколько комнат. Сколько человек на самом деле работало в отделе номер 451, я никогда не мог выяснить, потому что Ботч и другие клерки получали зарплату за так называемые мертвые души, вписанные в сфальсифицированные списки личного состава. Но здесь, в главном зале, перекладыванием бумаг с места на место был занят сорок один человек. Кое-кого из них я знал лично, а об остальных у меня были собраны сведения. Но я никогда не разговаривал с ними, и они тоже не решались заговорить со мной. Поэтому я, как обычно, молча прошел в свой кабинет. Боли в желудке не утихали. Настроение было препаршивое.

Не исключено, что причина недомогания состояла в том, что я был голоден и испытывал острую жажду.