Для разнообразия я постарался изобразить на лице смущение и растерянность, при этом отнюдь не переигрывая.

— Я и сам не могу понять, что заставило меня прийти к вам, да еще рассказывать вам все как на духу.

Нет, она и в самом деле верила сейчас каждому моему слову, эта (…) (…) с ее гипнотическими фокусами! Я решил закрепить достигнутое и принялся играть роль беспомощного малютки, неизменно пользующуюся у женщин стопроцентным успелом — у них при этом пробуждаются скрытые материнские инстинкты.

— Но видите ли, мне не понятно, как я смог бы в одиночку, не заручившись вашей поддержкой, справиться с порученным мне делом. Я, честно говоря, отчаянно нуждаюсь в вашей помощи.

О, она с удовольствием окажет мне любую помощь! Все, что хоть в какой-то степени касалось Хеллера, сразу же становилось для нее делом первостепенной важности, если вообще что-либо, кроме этого, она считала важным. Я снова перешел на заговорщицкий тон:

— Боюсь, что за раскрытие тайны меня ждет жестокая кара, — сказал я, но затем, как бы устыдившись минутной слабости, я чуть отодвинулся от нее. Женщины вообще склонны к любопытству, но та, что стояла сейчас передо мной, превратилась в самую настоящую губку, жадно впитывающую каждое мое слово.

— Обещаю вам, что никто не услышит от меня ни единого слова, — с готовностью заявила она.

— Это стоило бы мне жизни, — сказал я, а потом снова повел свою линию. — Собственно говоря, у меня нет другого выхода, ибо мне необходима ваша помощь. Может, присядем на минутку?

Я мигом притащил в этот укромный уголок два стула. Поставив их лицом к стене, я тем самым исключил возможность кому-либо, кто просто случайно окажется здесь, увидеть, чем мы тут занимаемся. Я принялся расстегивать верхние пуговицы мундира и уж засунул было за отворот руку, якобы намереваясь достать пакет, но вовремя остановился. Конечно, ее энтузиазм разыгрался сейчас до такой степени, что приглушил обычно присущее ей чувство трезвой оценки происходящего.

— Сегодня перед рассветом, — начал я шепотом, — лимузин из Дворцового города тайно подъехал к моему дому. По правде говоря, поначалу я здорово струхнул. Я даже решил почему-то, что меня забирают на допрос. Меня привезли во дворец окружным путем и провели внутрь через потайную дверцу. Несколько обычных процедур — и меня привели в помещение, в котором я прежде всего увидел плавательный бассейн, очень напоминающий большую ванну. Мне никогда и в голову не могло прийти, что полы в ванной бывают сплошь устланы коврами. Я просидел в этой роскошной ванной около получаса, и, должен признаться, это не было самое спокойное время в моей жизни.

Но тут появился он! Я просто отказывался верить собственным глазам — ведь он так редко появляется на людях. Он был облачен в блестящий утренний халат. Да, это был Клинг Гордый своей собственной персоной! Не знаю, как я не умер от волнения. К тому же я был не в парадной форме, да и вообще не чувствовал себя готовым к такой аудиенции. Его величество изволил задать вопрос: «Это и есть тот офицер, на которого возложена ответственность за операцию „Миссия „Земля““? Один из офицеров свиты подтвердил, что это именно так. Император сбросил халат и погрузился в бассейн — честно говоря, я до этого не знал, что наш император каждое утро плавает, да еще в украшенном бриллиантами бассейне! Можете себе представить! Я просто стоял и смотрел на него, перепуганный до смерти, не понимая, в чем может быть моя, вина.