Среди механизмов попадались и большие, и маленькие, и попросту огромные. Вот эти две невероятные махины — не иначе как СОРТы-десятые. “Десятка” — самая крупная из промышленно выпускаемых моделей, в телевизионных постановках бывают и побольше, но это все — вранье. В дальней стене распахнулись исполинские ворота; низко рыча, на площадку выкатился еще один такой же монстр. Он секунду помедлил, а затем, словно общительный городской квартал, направился к своим соплеменникам. Чем дальше шел Седрик, тем огромнее казались толпящиеся вокруг колодца машины.

Группу возглавлял Бейкер, он продолжал бормотать в микрофон и, надо думать, получал ответы через заушник. Седрик, забывший было о своих обязанностях, взглянул на Элию. Ее лицо светилось безудержным восторгом; Джетро, шагавший по другую сторону от принцессы, внимательно за ней наблюдал. Охранники, двигавшиеся последними, держали оружие наизготовку.

— У робби отличные новости, — громко объявил Девлин. — Никаких там зеркальных заморочек. Микроэлементы в полном порядке. Орбитальные параметры — лучше не придумаешь. Так что, принцесса, первое впечатление очень хорошее.

— У нас достаточно высоты для запуска беспилотных разведчиков, — сказал Бейкер. — Клем, действуй по готовности.

В толпе механизмов началось движение. Металлические руки поднимались, взмахивали, опускались. По другую сторону колодца в воздух взмыл какой-то предмет, ярко сверкнули развернувшиеся крылья, крошечный самолетик резко спикировал и исчез; секундами позже его примеру последовали три других.

Теперь группа растянулась цепочкой, в затылок друг другу; вооруженные охранники прикрывали ее сзади. Бейкер уверенно петлял между гигантскими колесами механических, утробно рычащих чудовищ и вышел в конце концов к краю колодца, к галерее для зрителей — свободному от оборудования пятачку, обнесенному со всех сторон перилами.

Зачем? — удивился Седрик. Если СОРТ попрет не туда, куда надо, — разве удержат его эти хворостинки?

А еще через мгновение он забыл и про перила, и про машины, и даже про всех своих спутников — внизу проплывал чужой, незнакомый мир, пропитанный солнечным светом, ярко раскрашенный во все краски осени. Сквозь бронзу и золото проглядывал серебристый пунктир ручья; холмы, окаймлявшие долину, устилал нежный зеленый бархат. Пейзаж плыл, плыл медленно, беззвучно, слегка поворачиваясь и покачиваясь, — это напоминало полет на воздушном шаре. Седрик изо всех сил высматривал хоть какие-нибудь признаки жизни; а вот что если бы, мелькнула мысль, появилась сейчас дорога? Или изгородь из колючей проволоки?

— Приподними-ка! — послышался голос Бейкера, и пол под ногами Седрика резко пошел вниз. Нет, пол остался на месте, зато сказочный, завораживающий пейзаж поднялся и начал поворачиваться быстрее. Еще одна команда Бейкера, вращение замедлилось, почти прекратилось. По золоту леса пробежала черная, зловещая тень, сердце Седрика болезненно сжалось. Однако никто из окружающих не проявлял ни малейших признаков волнения… Ну да, конечно же, это же тень самого колодца, тень трансмензорной струны, тень дыры, соединившей два мира. Тень дыры? Разве такое может быть?

— Убери эти проклятые деревья! — крикнул Бейкер. Судорожно подергиваясь, лес стал уходить вбок, из поля зрения; чужой мир продолжал подниматься.

Элия возбужденно стиснула руку Седрика:

— А ведь это невозможно. Ты понимаешь, что это невозможно?

— Что именно?

Черный диск тени выплывал на середину, быстро разрастался.

— То, что ты сейчас видишь. — Судя по голосу, Элия была потрясена не меньше Седрика.