— Тот человек, которому ты был должен, остался доволен половиной суммы? — спросил Ивануси при встрече.

— Доволен? Нет, конечно. Если я не появлюсь сегодня с оставшимися деньгами, мне не поздоровится.

— Не волнуйся. — Ивануси вручил Оками толстый пакет, завернутый в рисовую бумагу. — Я возвращаю тебе жизнь. Помни об этом, если надумаешь еще кому-нибудь продавать свою информацию.

Оками не понимал, что толкнуло его последовать за Ивануси вплоть до его норы из дерева и пластика рядом с железнодорожными путями. Под покровом ночи он видел, как Ивануси подошел к входной двери и открыл ее. Его миниатюрная жена поклонилась ему, хотя он вернулся домой с пустыми руками, она приветствовала его с искренней любовью и уважением. И Микио позавидовал этому обездоленному, но, по существу, такому богатому парню. Оками еще долго стоял в темноте, после того как дверь закрылась и огни в доме погасли. Невыносимо воняло мусором и мочой. Залаяла собака, почуяв приближающийся поезд, который вскоре с грохотом пронесся мимо, сотрясая одноэтажные домики, как будто они были сделаны из бумаги и прутьев. Но почему-то ему вдруг расхотелось возвращаться отсюда в свой роскошный дом.

Спустя десять дней заголовки газет запестрели сообщениями о взрыве бомбы, прогремевшем в небольшом жилом квартале города, которым управляли оккупационные войска. Сообщения были скупые, так как в этом оказались замешаны американские военнослужащие, однако из предварительных репортажей становилось ясно, что погибло двадцать человек, японцев по большей части, которые работали на оккупационное командование. Был ли взрыв случайным или преднамеренным — оставалось только гадать.

Оками завтракал тушеной рыбой и овощами, когда зазвонил телефон. Это был полковник.

— Вы слышали последние новости по радио? — спросил Линнер.

— Нет, но я сейчас читаю газетные сообщения.

— Коммунисты добрались до Банды пятнадцати. Похоже, ваши проблемы решены.

Оками не понял, почему голос полковника звучит так холодно.

— Если вы имеете в виду личности убитых, то вы правы. Я был бы счастлив.

— Насколько счастлив?

— Извините, Линнер-сан, но откуда вам известно, что это были коммунисты?

— А откуда вам становится известно, что вас в задницу укусил шершень? — язвительно ответил полковник. — В ваших газетах не написано, что бомба была заложена под здание, в которых жили члены Банды пятнадцати. Наши люди сейчас работают на развалинах, и они уже обнаружили достаточные доказательства знакомого почерка — это была бомба советского производства.

— Ну и в чем же проблема?

— Боже милостивый, вы сегодня непроходимо тупы! Коммунисты проникли в здание американского правительства и убили двадцать человек, среди них пять американских солдат. Вот в чем проблема, черт побери!

Оками молчал.

И уже совершенно другим тоном полковник спросил:

— Откуда им стало известно местонахождение Банды пятнадцати?

— Почему вы спрашиваете об этом меня?

— Спрашиваю? Да я просто размышляю вслух.

Но Оками все понял. Полковник расставил ему очень хитрую ловушку, и он в нее попался.

— Я хочу поговорить с вами сегодня, Оками-сан. У меня в кабинете. В полночь.

Внезапно связь оборвалась. Оками было все равно, каким тоном с ним разговаривал полковник. Но, с другой стороны, он чувствовал угрызения совести при мысли о пяти убитых солдатах, которые были ни в чем не повинны. Зная коммунистов, он подумал, что, возможно, их убили не случайно. Злясь на самого себя, он отодвинул в сторону недоеденный завтрак. И как это он всего не предусмотрел? Он был так доволен тем, что ему удалось заставить коммунистов сделать за него эту грязную работу, что он даже не подумал о том, какими способами они воспользуются.