|
Он и сам толком не знал, что там ищет, но ничего необычного не нашел. Ни одного звонка сенатору Дедалусу, президенту или кому-нибудь, связанному с организованной преступностью. Его интересовали звонки, которые повторялись либо в течение одного месяца, либо из месяца в месяц. Таких было несколько, но они ни о чем не говорили: звонили поставщикам продуктов, виноторговцам, в прачечную и т. п. Но в чем можно подозревать представителей легального бизнеса? И все же несколько звонков в Лондон привлекли его внимание. Согласно записи, это были звонки в «Мэлори Энтерпрайзес», что в Хаммерсмите. Может быть, это ничего не значит, а может быть...
Кроукер взглянул на часы. В Лондоне уже вечер. Он снял телефонную трубку, пробился на международную линию и набрал номер. — Мэлори, — ответил чистый женский голос с английским акцентом. — О, привет, это Филип Мэрлоу. Я из «Моргана инк.». Правда, я здесь недавно работаю. Я говорил с... — Подождите, пожалуйста, минуточку. Некоторое время трубка молчала, потом в ней послышался голос. Говорил мужчина: — Мэрлоу? Филип Мэрлоу? Вас зовут как американского детектива. — Угу, верно. Но нас не путают. — Кроукер попытался улыбнуться. — Я ничего не слышал о вас, Мэрлоу. С какого времени, говорите, вы там работаете? — Я там не работаю, — буркнул Кроукер и бросил трубку. Опустил взгляд на распечатку. Итак, «Мэлори Энтерпрайзес» каким-то образом связана с «Моргана инк.». Детектив задумчиво развернул листок. Он поступил к нему от женщины, которая, как он полагал, была именно Веспер. Зарегистрированные телефонные переговоры, за исключением, как он полагал, хаммерсмитского номера «Мэлори Энтерпрайзес», были абсолютно бесполезны в расследовании. Она фальсифицировала материал. Умная девочка, но, кажется, не совсем. Покончив с едой, детектив вынул карточку, которую дал ему Дедалус, и набрал номер офиса сенатора. Секретарь сказала, что Дедалус еще не прибыл, но предупредил ее о звонке Кроукера. Детектив назвал секретарю место, где намерен встретиться с Веспер, и, повесив трубку, глубоко задумался. Куда отправился сенатор после его отъезда? Затем Кроукер подошел к столу регистрации, сказал, что ему нужен автомобиль напрокат, и попросил заказать его как можно скорей, Потом взял такси до Дюпон Сёкл. Выйдя из такси, прошел несколько кварталов до музея Филлипса. Дом Дункана Филлипса, унаследованный «Джонс и Логлйн Стил Компани», в 1921 году превратился в музей импрессионистской и постимпрессионистской живописи. Кроукер стоял под самым знаменитым экспонатом коллекции Филлипса — картиной Ренуара «Завтрак во время лодочных катаний», которую Филлипс по счастливой случайности купил в 1923 году за сто двадцать пять тысяч долларов. Как и все лучшие произведения Ренуара, картина была живой и яркой, наполненной сочными летними красками и чисто галльской радостью жизни. Мускулистые мужчины были мужественны, женщины — жеманны, кокетливы, пышны. Все было таким, каким и должно быть. Рассматривая картину, Кроукер думал о том, какой неестественной жизнью живет современный человек. В этой жизни было полно людей-химер, таких как Маргарита, Веспер, Доминик Гольдони и Чезаре Леонфорте, людей, которые не подпадали под обычную классификацию. Прежние качества человеческой личности, которые он с детства научился признавать или отрицать, настолько изменились, что теперь надо было полностью изменить и свою душу, и разум, чтобы как-то понимать и оценивать их. Он бродил по музею до полудня, но Веспер так и не появилась. Тогда он взял такси и вернулся в отель. Арендованный автомобиль уже ждал его. Кроукер торопливо заполнил бланк, показал свою кредитную карточку и получил ключи. Незадолго до назначенного часа он уже ехал к офису Дедалуса, размышляя о том, найдет ли там сенатора, потом снова прокрутил в мозгу весь их разговор. |
