Ее кровь кипела, готовая взорваться в ее венах.

– Три, – прошептал он в ее плоть.

Он отошел, опустил руки, она отчаянно сжимала столбик кровати. Он все еще с пониманием и опасно улыбался. Она не могла смотреть, опустила взгляд на его широкую грудь. Свет огня играл на ее чертах, подчеркивая сильные мышцы.

– Ну, милая жена? – его голос был мягким и темным, как полночь. – Тебе нужно больше поцелуев?

Нилла усилием воли подняла взгляд на его глаза. Ошибка. Она была мышкой, попавшейся под гипнотический взгляд гадюки.

Она отпустила столбик кровати, шагнула в сторону, а потом села на край кровати и отклонилась, прикусила губу, боясь того, что могла сказать.

Но ей не нужно было говорить. Он понимал.

Он одним шагом добрался до кровати. Его руки обвили ее, уложили на спину. Он ласкал ее щеку, шею, скользил ладонью по ее плечу, голой руке. Добрался до талии и открытой кожи ее бедра.

– Тебе нужно это сказать, – прошептал он, его лицо было в ее волосах, зубы играли с мочкой ее уха. – Нужно сказать, что ты хочешь больше. Это традиция.

Нилла заскулила и повернулась к нему. Его глаза были близко, дыхание обжигало ее лицо. Его ладонь прижалась к ее пояснице, притянула ее к нему, и она быстро опустила ладонь и растопырила пальцы на его голой груди. Он замешкался, неуверенность была в его глазах.

– Я хочу больше, – сказал она.

Он с рычанием повернулся на нее, прижался губами к ее рту. Она ответила, обвив руками его шею, погрузилась в его объятия. Ее голова кружилась от опасности, словно она прыгнула с высокого обрыва, ощущала свист ветра, восторг и ужас, несясь во тьму. Она забыла на миг.

А потом яд заработал.

Реакция была резкой – она охнула и отпрянула, ее губы горели от заработавшей магии. Она не ощущала ещё такой реакции Сладких снов. Но она и не целовала фейри до этого.

Кириакос отодвинулся, упираясь ладонями в кровать по бокам от нее, его длинные волосы обрамляли его лицо. Свет от красного огня сиял на его расширившихся глазах, глядящих на нее с шоком и растущим ужасом. Его рот скривился в жутком подобии его улыбки.

– Rishva!  – рявкнул он. С булькающим воплем он сжал ее шею. – Маленькая ведьма!

Но его слова были невнятными, его хватка тут же ослабела, быстрее, чем Гаспар реагировал в Эвеншпиле. Нилла сжала его запястье и убрала его ладони без усилий. Его сильные руки дрожали, как у куклы, и его глаза закатились.

Он вдохнул и рухнул на нее, его вес придавил ее к кровати.

23

Пот лился в глаза Сорана, но он не мог остановиться и вытереть его. Его руки двигались в ритме, тянул за весла, его тело дрожало, остатки сил грозили закончиться.

Вода была буйной. Пролив выглядел ровно с берега Роузварда, но стал жестоким. Волны бросали лодку, как игрушку, угрожая вот вот перевернуть ее.

Как бы он ни тянул, он не продвигался дальше. Гавань Роузварда не уменьшалась. Развалины домов деревни дразнили его своими зияющими окнами и пустыми дверными проемами.

Но он не сдавался. Не мог. Кириакос не победит сегодня.

Вес Розовой книги под мантией наполнял его жуткой уверенностью.

Соран повернулся на скамье, оглянулся на берег Ноксора. Но… нет. Он не целился на берег. Несмотря на его старания, лодка двигалась в открытое море.