— Женаты… — изумленно повторила я, — но…

— Да, они были женаты. Нас воспитали в строгости, и иначе Элис ни за что ничего бы ему не позволила. Да и он себе тоже ничего не позволял. Он был очень набожен. Он и Элис такой сделал. Разумеется, по настоянию отца мы по воскресеньям всегда ходили в церковь. Но с этим Эдвардом все обстояло гораздо серьезнее.

— Значит, они действительно поженились?

— Можете не сомневаться. Все было законно и при свидетелях. Он поселил ее в небольшом уютном домике и уехал, но потом опять вернулся. Вот так и ездил. «Куда он ездит?» — спрашивала я, а Элис отвечала: «Он мне все объяснил. У него в Корнуолле большой дом. Это семейное поместье. Он сказал, что мне там не понравится… да и он не хочет, чтобы я там жила. Мне тут лучше». Элис была из тех девушек, которые не задают вопросов. Она любила, чтобы все было тихо и мирно. Больше она ни о чем не просила. Стоило назреть какому-нибудь конфликту, и она отказывалась в нем участвовать… И знать ничего не хотела. Вот такая она была. Он приезжал к ней, и тогда они не отличались от любой другой семейной пары. А далее он надолго уезжал. Потом родился мальчик.

— Ясно, — кивнула я. — А когда мальчику исполнилось пять лет, Элис умерла.

Она кивнула.

— Встал вопрос, где жить Саймону. Я думала, что раз уж Элис была моей сестрой, мальчик останется у меня. Я не знала, что я с ним буду делать. Отец умер годом раньше. Он никогда не одобрял этот брак, хотя тоже был в церкви и убедился, что все сделано по правилам, как положено, и этот Эдвард ничем не запятнал его дочь. Материально она была обеспечена лучше нас всех, и не было никаких сомнений в том, что муж души в ней не чает. Все свои деньги отец оставил мне. Он считал, что Элис и так неплохо устроена. Этих средств было вполне достаточно для безбедного существования. Я купила этот домик. Элис один раз приезжала ко мне в гости. Она тогда и мальчика с собой привозила.

— Да, — кивнула я. — Он мне об этом рассказывал. Это и позволило нам разыскать вас.

— А потом я прочитала в газетах, что Саймон убил сына сэра Эдварда. Я и не подозревала, что у него был титул. Сначала я заподозрила, что он обманул нашу Элис, что он повел ее к алтарю, будучи уже женатым. Но в газетах очень много писали об этой семье. Вот я и узнала и то, что сэр Эдвард был женат на мисс Джессике Аркрайт, и то, когда он на ней женился, и это было после того, как он обвенчался с нашей Элис. И убитый, его старший сын, был на год с лишним младше Саймона. Мне это все показалось очень подозрительным… но в то же время мне было совершенно ясно, что его женой на самом деле была наша Элис, а та, другая, женщина не имела никаких прав на титул. Настоящей леди Перривейл оказалась наша Элис. Поэтому незаконорожденными были мальчики, которые родились у него потом, а Саймон — законный сын. Но меня все это уже не касалось, и я не захотела ни во что впутываться. Вы мне, наверное, не верите?

— Что вы, охотно верим.

— Видите ли, я могу это доказать. У меня сохранилось свидетельство о браке. Я сразу сказала Элис: «Храни как зеницу ока это свидетельство». Она была очень беспечна в таких делах. Но меня это все сразу насторожило, с самого начала. Мужья обычно не уезжают и не оставляют надолго своих молодых жен… Разве что они пытаются сбежать… Поэтому я следила за сохранностью брачного свидетельства. Хотя он и не пытался сбегать от нее. Он искренне горевал, когда она умерла. И тогда я забрала свидетельство себе. Я его сохранила и могу вам показать.