— Правда? — обрадовалась я.

— А почему нет? Элис была замужем, и никто не может это опровергнуть. Документы я храню наверху. Я схожу и принесу вам эту бумагу.

Когда мы остались одни, Фелисити обернулась ко мне.

— Такого мы не ожидали, — прошептала она.

Я молча кивнула.

— Это кажется просто невероятным. Столп церкви и двоеженство!

— Если свидетельство о браке, которое нам сейчас покажут, не фальшивка…

— Я думаю, оно настоящее. Она была на церемонии в церкви. Она не из тех, кто станет утверждать то, чего не было на самом деле.

— Быть может, она пытается отстоять честь сестры?

В комнату вошла миссис Феррерс, гордо размахивая какой-то бумажкой. Мы осмотрели предъявленный нам документ и убедились в том, что нет ни малейших оснований сомневаться в его подлинности.

— Вполне возможно, — заговорила я, — что кто-то узнал о том, что истинным наследником титула и поместья является Саймон. Вот вам и мотив.

— Но его же не убили.

— Нет… его подставили.

Вы хотите сказать, что кто-то устроил все таким образом, чтобы одним махом избавиться от старшего из братьев и от Саймона?

— Вполне возможно. Этот документ нам бы очень помог.

Я тут же увидела, что мисс Феррерс ни под каким видом не выпустит свидетельство о браке сестры из рук.

— В церкви этот брак тоже зарегистрирован, — сказала она. — Церемония состоялась в церкви Святого Ботолфа, в Хедингли, неподалеку от Бата. Вы и в самом деле убеждены в его невиновности?

— Да, — твердо произнесла я.

— Если бы Элис была жива, эта история разбила бы ей сердце, — вздохнула мисс Феррерс. — Но, с другой стороны, если бы она была жива, он ни за что не поселился бы в этом доме. Элис бы его не отпустила. Она так его любила.

— Вы нам очень помогли, — сказала я. — Я и передать вам не могу, как я вам благодарна.

— Если вам удастся обелить его имя…

— Я сделаю все, от меня зависящее, чтобы добиться этого.

Она настояла на том, чтобы угостить нас чаем. Пока мы пили чай, она говорила, повторяя то, что мы уже слышали. Нам стало ясно, что она очень любила свою сестру, хотя и относилась к ней несколько покровительственно. Элис была слишком мягкой… слишком доверчивой… способной на безоглядную и безрассудную любовь… принимающей на веру все подряд. Тем не менее она была ее единственной сестрой, ближе которой у нее никого и никогда не было. Я была рада, что мне удалось убедить ее в искренности наших намерений.

Итак, мы покинули Рябиновый домик, обогащенные знанием того, что сэр Эдвард Перривейл женился на Элис Феррерс. Дата на свидетельстве о браке ясно указывала на то, что эта брачная церемония состоялась прежде церемонии с участием ныне вдовствующей леди Перривейл.

Встреча в роще

В этот вечер мы с Фелисити без умолку обсуждали свое открытие. Оно превзошло все самые смелые предположения.

— Я до сих пор не могу в это поверить, — говорила я. — Как мог сэр Эдвард, с его прочными моральными устоями, пойти на двоеженство и родить в незаконном браке двух сыновей? А тем временем с его единственным законнорожденным сыном обращались как с чужаком.

— Не следует забывать, ведь он хотел, чтобы у Саймона были равные шансы с двумя другими детьми.

— Бедный Саймон!

— По крайней мере, у него была нянюшка Крокетт.

— Было бы очень грустно, если бы это было иначе.