Эйрон ничего не сказал. Мысли молодого человека перескакивали с одного предмета на другой, масса вопросов возникала в его сознании, он успокоиться и постепенно разберется сам. Эйрон решил, что не будет говорить с ним о глубокий вещах, требующих знания законов мироздания.

— Она осталась жива, почему? — спросил Димка, — почему она выжила?

— Не пытайтесь решать вопросы неподвластные вашему уму, — ответил Эйрон. — Для вас, для нее, для меня пусть это будет тайной. Наш разговор должен остаться между нами.

— Зачем вы спросили то, что и так знаете? — удивился Димка. — Вы знаете, я чувствую.

— Я спросил, чтобы поняли вы. А вы поняли, вот что важно. Теперь вы сможете встретиться, — Эйрон встал.

Димон тоже поднялся. Эйрон взял Димку за плечи.

— Теперь вы сможете ее понять. Ей не нужны врачи. Нужно только то, что здесь, — он уверенно ткнул Димку в грудь.

— Я понял, — сказал Димка.

— Сомневаюсь, — отозвался Эйрон, — но поймете. Завтра вы встретитесь.

Эйрон оставил его одного. То, что Димка услышал, не укладывалось в голове. Завтра он увидит ее! А что ему говорить и как себя вести? Растерянность не проходила. Он чувствовал, что соприкоснулся с чем-то огромным. Его воображение не могло представить ничего подобного. До разговора с Эйроном все было предельно ясно: Эл жива, они вернуться домой. Потом начнется другая жизнь. Пройдет время. Уэст останется в прошлом, так же как Тобос. «О, Боже! Вторая катастрофа! Господи, Эл!» — его мысли метались, живот свело. Ему стало страшно. Он не знал, что их ждет. Какая Эл завтра откроет глаза?

Внезапно Эйрон вернулся.

— Перестаньте себя мучить, пилот. Все просто. Ей будет нужен тот, кто сможет ее понять, это будете вы. Она захочет рассказать кому-то правду. Это будете вы, — Эйрон говорил твердо и убедительно.

Вдруг Димка подумал об Алике. Внутри возникла полная уверенность, что не ему Эл расскажет правду, а именно Алику.

— Это необязательно буду я, — возразил он Эйрону.

— Разве между вами нет связи? — спросил Эйрон. — Ведь это вы чувствовали, что она жива.

Димка сложил руки на груди, насупил брови и произнес:

— У меня все путается в уме. Видимо из-за того, что у нас разные представления о жизни. Я с трудом могу вас понять. Наши разговоры — обрывки фраз, которые я не могу собрать вместе. Я запутался. Чего вы от меня хотите?

Эйрон опять сделал паузу. Он умолкал всякий раз, когда эмоции слишком переполняли молодого человека.

— Именно поэтому я попросил кое-кого объяснить вам случившееся человеческими категориями, — наконец, проговорил он.

Эйрон подал знак, и в комнате появились дети Роланда. Лио крепко держала Индру за руку. Смотрела она с опаской.

— Я с трудом убедил ее поговорить с вами, — сказал Эйрон и положил руку на голову Лио. — Вы сильно ее напугали, но она считает, что вы единственный, кто понимает вашего капитана. Я оставлю вас и буду надеяться, что вы найдете способ внятно объясниться.

Эйрон с почтением усадил Лио в кресло. Индра встал у нее за спиной. Димон присел напротив Лио. Девочка казалась маленькой по сравнению с креслом, где сидел недавно Эйрон. Индра смотрел Димке прямо в глаза, он точно защищал от него сестру.

— Я прошу вас успокоиться и выслушать Лио не как ребенка, — пояснил Индра.