Солдаты-моряки постоянно находятся на корабле, а в случае необходимости, получив оружие, дислоцируются для ведения боевых действий. Б их обязанности также входит защита крейсера «Мироку», охрана лично Брюса Ли и поддержание порядка на корабле. Другими словами, это гвардия Брюса Ли. Почти все – двадцатилетние парни, для которых корабль стал отчим домом и которые не помышляют об эмиграции. Они выполняют распоряжения администрации, и, кроме того, им вменено присматривать за заложниками. Солдаты-моряки сменили почти весь прежний экипаж. Число их – девяносто восемь человек.

Солдаты-мигранты – почетные гости на корабле, их главная цель под видом матросов попасть в новую страну. Там, пользуясь связями, они устроятся на работу, будут работать в три йота, по кирпичикам возводя фундамент своего благополучия. Они готовы на все – рыть канавы, сторожить, красить стены, мыть посуду. Нередко обстоятельства вынуждают их прибегать к обману, они пускаются в бега и часто заканчивают в тюрьме. Как бы там ни было, у них нет времени витать в облаках. Чем усердней они вкалывают, тем сильнее их ненавидят и боятся. Они именуются солдатами-мигрантами, ибо им предстоит вести классовую войну в стране проживания. У солдат-мигрантов нет ни денег, ни общественного положения. Их единственное оружие – рабочая сила. Она не облагается таможенной пошлиной. Из минимальных расходов на содержание они извлекают максимальную прибыль.

На крейсер «Мироку» село двести пятьдесят солдат-мигрантов. Из них семьдесят девушек и тридцать юношей получили особый титул – «солдаты любви». Среди рабочей силы большой спрос на хорошее телосложение и смазливые лица. Судя по всему, Брюс Ли заправлял сетью, обеспечивающей оборот подобного товара. Когда девушки из этого отряда собирались в салоне красоты, все мужское население корабля, отталкивая друг друга локтями, приникало к окнам и глазело на них налитыми кровью глазами. Прошел слух, что пока девушки находятся на корабле, можно попользоваться их услугами с большой скидкой, но Брюс Ли заявил:

– Мы не распродаем женщин по дешевке!

Со всех сторон раздались голоса разочарования.

– Только посмейте тронуть ценный товар! – пригрозил он.

Крейсер «Мироку», нагруженный такой массой людей и грузов, что ушел в воду по самую ватер-линию, готовился покинуть Шанхай. Божницу, прежде установленную в рубке, убрали, повесив на ее место портреты Мао Цзэдуна и самого Брюса Ли. Гвардейцы расклеили эти портреты по всему кораблю и, завидев мелкобуржуазных пассажиров, набрасывались на них со звериной яростью, пиная и понося. Они переоделись в синие комбинезоны палубных матросов, подпоясались широкими кожаными ремнями, обвешанными гаечными ключами, сверлами и складными ножами, и с ленцой расхаживали по палубам, заломив на затылке фуражки китайского образца. Панки-японцы, не желая отставать от гвардейцев, в добавление к своей обычной униформе – джинсам, кожаной куртке и башмакам – нацепили на лбы повязки, и, сбившись в стаю, вышагивали, выпятив грудь. Брюс Ли употреблял их как слуг самого низкого пошиба. Еще неизвестно, не уготована ли и им судьба заложников. Вся эта шваль на одно лицо, но настоящих гвардейцев, без умолку тараторящих на шанхайском диалекте, сразу узнаешь по отсутствию в глазах и тени «сострадания».