– Нет, Марк, что ты? Куда же я теперь пойду, это ведь теперь мой дом, как для тебя твой «мусорщик»!

– Вещи из каютки сюда перенесешь?

– Да какие там вещи? – махнул рукой Джек. – Одна сумка. Позже перенесу.

– Ну, ладно привыкай, а я пойду – подзаправлюсь. Знаешь, после завершения такой большой работы вдруг проснулся аппетит.

– Еще раз спасибо, Марк!

– Ну, хватит уже, пилот Догерти. Короче, у нас через шесть часов должен был состояться очередной рейд, но в свете последних события, я отправлюсь на него один, а ты включишь режим «послеремонтного облета» и будешь нарезать круги вокруг базы. А когда поймешь, что уже что-то получается, сгоняешь по «тропе» через два сектора. Вернешься продолжишь изучение уже по инструкции из паспорта судна.

Джек улыбнулся. Именно так пилоты и поступали почти всегда – сначала пробные действия, а уже потом изучение инструкции по возникшим вопросам.

Марк ушел, но Бачинский не был бы Бачинским, если бы не заготовил новых сюрпризов и когда Джек стал обследовать шкафы, то из первого же ящика вывалились два шикарных спальных мешка от известной фирмы и регулируемая подушка, а из следующего ящика Джек достал последнюю модель комбинезона – тысяч за пятнадцать.

Чтобы совладать с эмоциями ему снова пришлось присесть, сетуя на то, что начал становиться излишне слезлив.

Но ведь этих слез никто не видел.

Тем временем, Бачинский шагал по главной галерее и улыбаясь возвращал посылаемые ему со всех сторон приветы.

Закончив одну большую работу, он уже нуждался в дополнительной нагрузке – помимо своей основной.

Такой уж он был неуемный человек.

Теперь ему не давала покоя слава Роджера Смита из Пятого сектора. Не то, чтобы Марк был очень тщеславен, однако раз уж ему требовалась дополнительная загрузка, так почему бы не выбрать в качестве объекта пьедестал этого распиаренного Роджи?

Но пока это была лишь проработка нового проекта. Марк прикидывал то, прикидывал это.

Вариантов перебить популярность звезды было немного и все они сводились к повышению активности в рейдах. Но как?

Об этом ему еще предстояло основательно подумать.

– Ты спишь, что ли, Бачинский? – окликнула его Капиталина, застыв с огромной поварешкой в одной руке и тарелкой в другой.

– Что, прости?

– Тебе гороховый суп или рассольник?

– Э-э… А еще что-то есть?

– Есть «рошфор», но его нужно в мейдере разморозить, он к нам из ресторана на Лиме замороженным приходит.

– Хорошо.

– Что «хорошо», Бачинский, ты здесь или где?

– Давай готовый. Что там сегодня?

Капиталина вздохнула.

– Гороховый и рассольник, – повторила она, сдерживая раздражение и ее грудь возмущенно заколыхалась.

– Вот его и давай.

Поняв, что дальнейшие выяснения бессмысленны, раздатчица налила рассольник, а затем, уже не спрашивая сделала порцию второго – котлету «Маяк» с пюре и подливкой.

Набрав полный поднос, Марк в задумчивом состоянии занял, как обычно – самый дальний столик в углу и едва приступил к еде, как к нему подошел какой-то новичок из механического цеха – его роба была, будто только с фабрики.

– Сэр, прошу прощения и приятного аппетита, но там в галерее какая-то решительная девушка о вас спрашивала…

– Очень решительная? – уточнил Марк.

– Очень.

– В синем мундире службы «охраны труда»?

– За службу не скажу, но мундир синий.