В дверях конференц-зала показался Глен Чемпион.

— Все в сборе, — сообщил он. — Я зашел уточнить маршруты.

— Отлично, — Лукас жестом пригласил его войти. — Давай с тобой взглянем вот на этот район.

Глен подошел к столу и тоже склонился над картой.

— В нашем списке как минимум восемь частных владений, — начал объяснять он. — У нас пять поисковых групп. Если вы захотите присоединиться к поискам, то шесть.

— Люк, я предлагаю тебе и Саманте ехать с Гленом, а я отправлюсь с какой-нибудь другой группой, — торопливо сказала Джейлин.

— Но я же не полицейский, — сказала Саманта.

— Ничего страшного, назначить вас добровольным помощником — дело трех секунд, — не очень уверенно произнес Глен.

Саманта едва заметно улыбнулась:

— Не думаю, что ваши коллеги будут в восторге от этой мысли.

— Я беру Саманту под свою ответственность, — заявил Лукас. — Думаешь, сможешь что-нибудь уловить?

— Не знаю. Попробую. Для нас главное — охватить как можно большую площадь. Я бы поехала в другом направлении, чтобы подстраховать вас. — Она повернулась к Глену: — Это можно устроить?

Тот посмотрел в свой блокнот.

— Присоединяйтесь к группе Джона Прескотта. Кстати, его мать доверяет экстрасенсам, да и он сам не раз защищал вас, мисс Берк.

— Вот как? — Саманта искренне удивилась.

— Не все же считают вас ведьмой, — честно ответил Глен.

— Приятно слышать, — Саманта подмигнула ему. Лукас хохотнул.

— Тогда, Глен, если ты не возражаешь, мы с Самантой поедем с тобой.

— Я не против. Откуда начнем искать?

От двери послышался неуверенный, чуть дрожащий голос Кейтлин Грэм:

— Я бы тоже хотела поехать с вами.

Оставалось меньше шести часов.

Уайата прошиб пот. Помещение было холодным и влажным, но пот струился по всему его телу, стекал со лба на виски, заливал глаза, пропитал волосы.

Шериф старался не смотреть на часы, но они висели прямо над ним и отвернуться от них было невозможно.

Вот осталось пять с половиной часов.

Каких-то пять с половиной часов.

Красная секундная стрелка неумолимо бежала по кругу, с каждым мгновением укорачивая его жизнь.

«Пятьдесят девять, пятьдесят восемь, пятьдесят семь…» — машинально считал Уайат.

«И это все?!» — хотелось заорать ему. Часы казались монстром, бесстрастным и равнодушным, методично отсчитывающим последние мгновения его жизни. Он был бессилен сделать хоть что-нибудь для своего спасения.

Им овладело отчаяние. И еще дикий, разрывающий все его нутро ужас.

Он вдруг подумал: а нужно ли ему бороться с накатывающим на него страхом, не давать ему выхода? Может, послать к чертям собачьим неуместную сейчас гордость и перестать подавлять его в себе?

«Ведь если Лукас, как он утверждает, улавливает чужой страх…»

Стиснув зубы, Уайат бормотал под нос ругательства. Нет, он не мог заставить себя испугаться, это противоречило его натуре. К тому же ему казалось, что, если он расслабится, похититель одержит над ним полную победу.

Он взглянул на поблескивающий нож гильотины и, стиснув зубы, снова предпринял попытку освободиться.

— Я не уверена, — робко заговорила Кейтлин, — В смысле, если предположить, что записку мне на самом деле оставила Линдси, все равно сомнительно, чтобы район поисков ограничился только одним местом, тем, что я знаю.