— Похоже на то, что, стараясь объехать ее, ваш сын спас ей жизнь, — сказал он. — Это был очень смелый поступок.

— Это был глупый поступок. — Адам мрачно смотрел прямо перед собой.

— Тем не менее мужественный, — твердо повторил полицейский. Он поднялся. — Я сообщу вам, доктор Крэг, если мы еще что-нибудь узнаем.

Проводив полицейского до двери, Адам долго стоял в холле, глядя в пространство. Потом он медленно повернулся и прошел на кухню. Открыв заднюю дверь, вышел в мокрый холодный сад и ступил на траву.

— А-дам…

Она ждала его у роз.

— Брид?

Измученный горем и бессонницей, он позволил ей провести себя обратно в дом и вверх по лестнице. В спальне он обнаружил, что лежит в постели. Его голова кружилась от усталости. Наконец он закрыл глаза, не ощущая того, что кто-то находится на кровати рядом с ним и чья-то рука гладит его по голове. Он не ощущал губ, целующих его лицо, проваливаясь все глубже и глубже в забытье.

Джейн положила трубку.

— Он все еще не отвечает.

— Ну и пусть. — Лиза сунула ей в руку чашку с горячим чаем. — Ты, как и я, знаешь, что бывают моменты, когда Адаму необходимо побыть одному. Не волнуйся. С ним все будет нормально.

В глубине души она очень сомневалась в этом. Лиза была потрясена поведением Адама, тем, что он так остервенело, не принимает ее, свою внучку. Джейн не присутствовала, когда Адам с покрасневшим лицом и вздувшимися на шее венами ядовито выплескивал собственный гнев. Он намекал, что, если бы не познакомился с Лизой, ее дочь никогда не убила бы его сына. Это было несправедливо и жестоко. Впервые Лиза увидела в нем проявление такого упрямства, которым славился только его отец. Она вспомнила рассказы Адама об упрямом характере старика, который стоял на коленях, защищая своего сурового непрощающего Бога, и отвернулся от женщины, которую безумно любил.

Убедившись, что маленькая Бет крепко спит, Лиза накинула кофту и вышла из дома. Она медленно направилась к воротам сада. Уже темнело. Воздух был напоен запахом мокрой травы и опавших листьев, к нему примешивался запах горного тимьяна. Патрицию увезли в Суррей, гости разъехались, и в доме стало тихо. Джейн лежала на диване в гостиной возле огня, закрыв глаза, а Фил отправился на кухню, неожиданно пожелав вымыть посуду и убраться. Она знала, что это значит. Он был подавлен случившимся. Ему было необходимо работать с утра до вечера, чтобы полнейшая усталость приглушала боль. Он начнет с мытья посуды, потом приберется в доме, потом выйдет на улицу. Если сможет вынести одиночество, пойдет в студию и будет работать там несколько дней. Она была другой. Она совершенно не могла находиться в доме. Она находила успокоение в природе, надеясь, что горы и необъятность неба отдалят ее собственные проблемы и утешат своей умиротворенностью.

Снова начало моросить. Прислонившись к воротам, она слушала, как стучат по листьям капли дождя. Странно, но сейчас она чувствовала себя ближе к Адаму, чем в любое другое время. Ей хотелось, чтобы он приехал на похороны. Если бы она была его женой, то настояла бы на этом. Насильно вытащила бы его из того ужасного, мрачного, тоскливого пустого дома, где была убита женщина, и заставила бы его приехать сюда на похороны сына. Так он быстрее смирился бы с тем, что произошло. Ему бы пришлось взять на руки внучку, и ее вызывающая грусть прекрасная улыбка растопила бы лед в его сердце.

Она вздрогнула, представив Адама сидящим в кабинете и глядящим на письменный стол перед ним. Представляя себе его, она видела рядом с ним Брид.