Джейн почувствовала дурноту. В воздухе стоял ярко выраженный запах животного, от которого волосы у нее затылке встали дыбом. Но ни Брид, ни кошки в комнате не было.

Потом она увидела амулет. Он валялся на полу, слегка прикрытый свесившейся с кровати простыней. Наклонившись, она протянула к нему руку со вздохом облегчения, но тут же вскрикнула от ужаса. Он был изуродован до неузнаваемости, оставшиеся ветки дерева отломаны, а кусочки цветной эмали разбиты, словно по ним прошлись молотком. Кристалл вообще исчез. Она аккуратно собрала отломанные детали и посмотрела на них сквозь пелену слез. Какой от этого амулета теперь толк? Повернувшись, она вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Принеся его в свою комнату, села на кровать и разложила детали на чистом покрывале. Они красноречиво свидетельствовали о той ярости, с какой уничтожались фрагменты деревца.

— О Адам, — она громко произнесла это, всхлипывая, — как же ты это допустил?

Джейн постаралась взять себя в руки и встала. Через полчаса она была в приемной мужа.

— Сожалею, миссис Крэг. — На лице Дорин Чеймберс, новой регистраторши, отразились беспокойство и смущение. — Доктор Крэг сказал, что слишком занят, чтобы принять вас.

Обе оглядели пустую приемную. Последний пациент ушел несколько минут назад.

— Понятно. — Джейн распрямила плечи. — Дорин, будьте так добры и выйдите на минуту в задний кабинет. Я не хочу втягивать вас в неприятности. — И улыбнулась уголками губ, что сделало Дорин еще более нервозной.

— Мне бы не хотелось, миссис Крэг.

— Я думаю, вам лучше сделать это, если вы держитесь за свою работу. — Джейн удивилась, откуда у нее берутся силы противостоять этой женщине. В прошлом регистраторши пациентов всегда приводили ее в ужас.

Дорин на мгновение замешкалась, потом, пожав плечами, все-таки пошла в задний кабинет, закрыв за собой дверь.

Джейн подошла к двери в кабинет Адама и бесцеремонно открыла ее.

— Я хочу поговорить с тобой.

Он стоял за письменным столом, складывая в папку бумаги. Испугавшись, он поднял на нее глаза, и на мгновение ее решимость поколебалась. Его лицо было изможденным и больным, а глаза покраснели от недосыпания.

— Я не хочу, чтобы из меня делали дуру в собственном доме. — Она закрыла за собой дверь, подумав, что Дорин вполне может выйти из заднего кабинета и стоять возле конторки регистратора, подслушивая. — Если ты хочешь жить с другой женщиной, то предлагаю тебе найти более реальную женщину. — Ее голос снизился до шипения. — Или поезжай в Шотландию и живи с Брид там, в ее грязной хижине, или в каменном круге или где там она живет, когда бывает дома, но больше никогда, — она помолчала, чтобы перевести дыхание, — больше никогда не приводи ее в наш дом.

— Я не привожу ее, Дженни. — Его голос был усталым. Он бросил папку на стол и, плюхнувшись в кресло, закрыл глаза. — Я никогда не приглашал ее туда. Она приходит сама.

— Тогда вели ей уйти.

— Ты думаешь, я не пытался?

— Раньше тебе удавалось отделаться от нее.

— Убегая. Ты хочешь, чтобы я снова это сделал? Я не могу отделаться от нее, Джейн. Ты знаешь это так же хорошо, как и я. Каким-то образом она способна следовать за мной. Она явилась в Уэльс, помнишь? Она нашла нас в Сент-Албансе. Она найдет меня где угодно.

— Она не приходит сюда.

— Потому что знает, что здесь я работаю. Она уважает тот факт, что я врач. Она знает, что я рассержусь, если она встанет между мной и работой.