Ванесса Хоган всматривается в мое лицо:

– Мистер Локвуд, ваш телефон при вас?

– Конечно.

– Достаньте его и передайте мне.

Я выполняю ее просьбу. Она смотрит на экран:

– Не возражаете, если я выключу его?

Жестом показываю, что не возражаю. Ванесса Хоган нажимает и удерживает боковую кнопку. Экран гаснет. Она кладет телефон на кофейный столик.

– Мистер Локвуд, что вы пытаетесь мне сказать?

– Вы знаете, – отвечаю я. – Еще на первой встрече мы оба это почувствовали. Это стало понятно из нашего разговора о возмездии.

– Я вам говорила, что возмездие должно быть отдано в руки Господа.

– Но вы так не думали. Вы меня испытывали, проверяли мою реакцию. Я это видел по вашему лицу. Зачем я рассказал про гнусного абьюзера, которого покалечил пару недель назад? Он представлял собой активную угрозу. Теперь не представляет. Вот так просто. Я его нейтрализовал, поскольку закон не сумел бы его остановить.

Она кивает:

– Вы говорили, что хотели бы сделать то же самое с убийцами вашего дяди.

– Да.

– И с истязателями несчастных девчонок.

– Вы меня поняли. Выразили симпатию.

– Разумеется.

– Потому что вы сделали то же самое. – Я откидываюсь на спинку стула и сую руку в карман.

– Где Арло Шугармен? – спрашивает она.

– Я мог бы его сдать.

– Конечно могли бы.

– Но вам предпочтительнее, чтобы я этого не делал.

В гостиной становится тихо. Мы приближаемся к сути нашего разговора.

– Вы ведь знаете, чтó произошло с Лайонелом Андервудом? – (Она не отвечает.) – Для Лео Стонча это оказалось чересчур. Он не захотел, чтобы кто-то еще испытал то, что пришлось испытать Лайонелу Андервуду. Лео попросил меня помочь ему защитить Арло Шугармена. Просьба показалась мне странной.

– Мне тоже, – говорит Ванесса.

– Это не значит, что ему в свое время не хотелось расправиться с Арло. Хотелось, и я это понял. – Я подаюсь вперед и понижаю голос. – Но почему Лео просил только за Арло?

– Я вас не понимаю.

– Почему он не попросил о том же для Билли Роуэна и Эди Паркер? – Я снова откидываюсь на спинку. – Эти вопросы не давали мне покоя, хотя ответ был очевиден.

– И каков же ответ?

– Лео Стонч не стал просить за Билли и Эди, поскольку знал, что они уже мертвы.

И вновь становится тихо. Тишина изматывает, мешает дышать.

– Просто удивительно, сколько первоначальных теорий оказываются правильными, – продолжаю я. – Взять «Шестерку с Джейн-стрит». После сдачи Лейк Дэвис разыскиваемых осталось только пять. Люди удивлялись, как остальным членам «Шестерки» удавалось столько лет скрываться? Одному еще куда ни шло. Двоим? Маловероятно, но возможно. Но чтобы все пятеро годами оставались живыми и неуловимыми? Теперь мы знаем ответ. Вот уже более сорока лет, как Лайонел Андервуд мертв. Об этом позаботился Ниро Стонч. А Билли и Эди расстались с жизнью еще раньше. И об этом позаботились вы, миссис Хоган.

Ванесса не отвечает. Молча смотрит и слащаво улыбается.

– Вам восемьдесят три года. Вы больны. Вам хочется рассказать кому-то правду.