«Разумный? — мысленно повторила вслед за сыном Мери. — Они женаты один только день и уже рассуждают о том, что разумно, а что нет?!»

— Кроме того, — добавила Виктория, — мне еще так много нужно всего сделать, пока не уехали леди Фиона и девочки. Завтра, к примеру, я хотела бы съездить в Пемброк, разобрать свадебные подарки и написать дарителям благодарственные письма. Потом леди Фионе, конечно же, понадобится моя помощь по дому… С моей стороны будет вполне разумно навестить ее и принять часть ее забот на себя.

«Подумать только, — опять эти разговоры о том, что разумно, а что не очень! Что случилось с молодоженами?» — всерьез обеспокоилась Мери.

— И когда вы все это успели обсудить? — спросила она.

— Сегодня утром, — быстро ответил Майлз. — Еще до завтрака.

Он не стал вдаваться в детали и говорить, что решение было принято почти мгновенно — когда он остановил Викторию утром на лестнице и объявил ей, что, Коль скоро она находит его общество омерзительным, Им будет лучше некоторое время пожить врозь.

Виктория сразу же согласилась, чем нанесла еще дну рану мужскому самолюбию Майлза — более того, он заметил, что она, услышав эту новость, с облегчением перевела дух.

Мери разочарованно вздохнула.

— Ну, что бы вы там ни думали…

Регина, которая все это время хранила молчание, теперь обратилась к Виктории:

— В мое время считалось для невесты естественным и разумным попросить разобрать подарки родных — чтобы самой поскорее удрать от всех и вся и насладиться медовым месяцем. Конечно, вернувшись домой, первым делом надо было отослать всем дарителям письма, но те, разумеется, не ожидали, что их начнут благодарить сразу же после свадьбы. Неужели за пятьдесят лет все так изменилось, и дарители теперь ждут благодарственных писем чуть ли не на второй день после бракосочетания?

Виктория отложила ложку и вздохнула.

— Полагаю, никто этого не ждет, виконтесса, но, поскольку мы с Майлзом решили отложить свадебное путешествие, высвобождается время, которое, как мне кажется, можно с толком потратить на такое достойное занятие.

— Но, по-моему, у молодых после свадьбы найдутся занятия и поважней, чем писать письма.

Виктория повернулась к Майлзу, взглядом умоляя его о помощи, и тот, не желая длить бессмысленный спор, предпочел сменить тему:

— Па, как насчет того, чтобы после ужина сыграть в шахматы?

— Даже не знаю, — смешался от неожиданности Джеймс. — Я хотел почитать немного и, честно говоря, пораньше лечь спать. Из-за всей этой предсвадебной суматохи два последних дня я почти не спал.

Майлз взглядом ясно дал Джеймсу понять, что он думает о его неуклюжих попытках сохранить нейтралитет, но вслух никак этого не выразил. Кивнув, он сделал вид, что принял слова отца к сведению, после чего упорно уставился на фаршированного каплуна, лежавшего перед ним на блюде.

Мери украдкой взглянула на Викторию. Интересно все-таки, что чувствует ее невестка, зная, что молодой муж предпочел партию в шахматы возможности провести вечер в ее обществе? Между тем Виктория склонилась над тарелкой, отрезала крохотный кусочек мяса и неторопливо поднесла его ко рту.

От десерта все дружно отказались — каждый был рад поскорее подняться из-за стола, чтобы освободиться от царившей за столом гнетущей тишины.

Виктория так стремительно вскочила на ноги, что Майлз не утерпел и все-таки на нее глянул. Она видела — его вожделеющий взгляд впился в ее пышную грудь, аппетитно вздымавшуюся над корсажем. Виктория задержалась и одарила мужа улыбкой опытной в делах любви кокотки.